Переходящие границы

– А я не такой как все! – усмехнулся Энтони, протирая линзы своего бинокля трясущимися руками.

Он выглядел почти как труп: лицо посинело, а круги вокруг глаз стали аж черными.

– Так значит ты не из Сакраменто, Энтони? – спросил Вэнс, разливая всем троим ром.

– Нет. Я из Санта-Розы к северу от Сан-Франциско. После ядерного конфликта за 100 с лишним лет это поселение превратилось из крупного городка в небольшую деревню с населением около 500 жителей.

– Помню эту деревню, – добавил Алек. – Жутко бедные жители с уровнем развития, соответствующим уровню развития индейских племен, населявших Северную Америку до прихода европейцев.

– Не такие уж и бедные, – заметил Энтони, положив на стол бинокль. – Мы вели с/х хозяйство: выращивали овощи, фрукты, коров и коз, и торговали с соседними поселениями. На эти деньги жители покупали все необходимое для деревни. Санта-Роза процветала, но в последние годы как раз перед моим уходом из деревни случилось множество засух, что повлияло на урожай.

– А старейшинами деревни были сам Энтони и его сестра Эсперанса, – сказал Алек, отпивая ром. – Полностью противоположные по характеру личности.

– Верно, мы постоянно ссорились. Я был вспыльчивый и агрессивный и всегда чем-то недовольный. Часто случалось, что я избивал индейцев за любую провинность и издевался над ними, психовал и орал на всех. Бывало, и такое, что я в порыве ярости бросал в скот копья и стрелял из лука в собак, охранявших деревню, – рассмеялся Энтони, дрожащими руками держа стакан.

Вэнс со страхом посмотрел на Энтони и залпом осушил стакан с ромом.

– Однажды утром в августе 2173 года я проснулся от какого-то шума. Как оказалось к нам в деревню прибыл торговый караван, – начал рассказывать историю Энтони.

– Расскажи лучше сначала Вэнсу про свои сны – попросил Алек.

– А чем они такие особенные? – поинтересовался Стромберг.

– Мне всю жизнь снится один и тот же сон. Начинается он с того, как я стою перед яркой неоновой вывеской возле входа в огромный развлекательный клуб. На вывеске яркими буквами надпись – «Андромеда». Я захожу внутрь. Кругом играет громкая музыка и танцуют люди. Я медленно иду в центр танцпола, и тут ко мне приближается фигура девушки. Я завожу с ней танец. Но вот беда – ее лицо плохо просматривается в светомузыке.