Клуб любителей пионов. Детективная серия «Смерть на Кикладах»

Застыв в дверях, незнакомец молча стоял и мрачно смотрел на старейшего цветовода острова. Тот, вздрогнув и словно узнав его, окаменел от ужаса.

Странная пауза затянулась. На скрип двери обернулась и Софья, снимавшая смартфоном на видео все мероприятие.

– А что такое, дядя Саша? – шепотом недоуменно спросила она у Смолева. – Что случилось? Это кто? Опоздавший?

– Не думаю, – медленно ответил Смолев. – Мне кажется, что сейчас что-то произойдет…

Не успел он договорить, как Софоклос Илиадис, стоявший у трибуны, вдруг вскрикнул, схватился за сердце и начал оседать назад, заваливаясь набок.

Дамы взвизгнули, мужчины зашумели. Смолев бросился к трибуне. Старика успели подхватить и аккуратно уложить на пол. Дверь снова скрипнула, закрывшись. Алекс быстро оглянулся: незнакомец исчез. Ладно, с ним потом разберемся, подумал Смолев, склоняясь над стариком.

– Боже мой, боже мой! – причитал над неподвижным телом мэр, он же Председатель Клуба, моментально растерявший всю свою решительность. – Что с ним случилось? Дамы и господа, – с усилием взяв себя в руки, повернулся он к присутствующим, тесно обступившим трибуну.

 – Прошу не толпиться и перейти в соседнее помещение! Здесь у нас чрезвычайная ситуация, но мы со всем справимся, все будет хорошо! Господину Илиадису немного нездоровится, прошу вас на банкет, прошу, прошу! Ответственный секретарь, проводите! – сверкнув глазами, рявкнул он совсем другим тоном на свою застывшую помощницу. Та тотчас засуетилась и начала активно выпроваживать людей в соседнее помещение.

Пока члены клуба, взволнованно переговариваясь между собой, покидали сад, Смолев проверил у старика пульс. Тот едва прощупывался.

– Рыжая, зеркальце есть? Отлично! Давай, только быстро! – распорядился Смолев.

Алекс поднес зеркальце ко рту старика. Зеркальная поверхность слегка затуманилась.

– Похоже на сердечный приступ, – подняв голову, сообщил Смолев мэру. – Он все еще жив, но нужен врач. И как можно скорее!

Мэр схватился за телефон.

Вдруг рука старика сжала запястье Смолева как клещами.

Алекс невольно поморщился от боли: хватка у старика была стальная. Садовод открыл глаза. Догадавшись, что Илиадис хочет что-то сказать, Смолев наклонился к нему.

– Мой… сад, – хрипя, еле слышно, произнес старик. – Я… узнал! Это они! Спасите мой сад! Я совершил ошибку! Они… все уничтожат! Они пришли за ним… за ним… – он хотел добавить что-то еще, но рука его внезапно безвольно разжалась, и он откинулся на спину.