Голубой алмаз Будды

– Ну, ну, Теодорос, не спешите, это же наше фирменное «глико ту куталью» от «йайи»[6 - «варенье от бабушки» – Смолев, еще плохо зная греческий, иногда мешает греческие слова с английскими (прим. автора)]. Второго происшествия на своей вилле за одни сутки я не вынесу. Не подавились? Вот, запейте водой! Все в порядке?

– Да, да, благодарю вас! – покраснев, ответил Антонидис.

– Ну и слава Богу! Так вот, я помню, что Холландер физически был очень слаб. Сколько лет было профессору? Семьдесят два? Не думаю, что человек в семьдесят два года, получивший оглушительный удар по голове, способен за десять-пятнадцать минут уйти куда-то далеко от того места, где на него напали.

Предполагаю, что он прошел одну, от силы две улицы, прежде, чем вышел на Апиранто. И, скорее, он шел к морю, чем наоборот.

– Почему вы так считаете? – заинтересовался начальник криминальной полиции острова, задержав руку с чайной ложечкой над очередной плошкой с вареньем. – Почему не от моря, с парома, например? Паром пришел всего за пару часов до того, как вы его нашли, или, скорее, он нашел вас… Он мог получить травму, сойдя с парома, если преследователи выследили жертву и в каком-то темном переулке… Ну, вы меня понимаете!

– Да, да, старший инспектор, – подтвердил Смолев, без тени улыбки.

 – Скорее всего, так и было, именно «в темном переулке», как вы и сказали. Таких переулков в Хоре хватает… Только шел он все-таки не от моря, а к морю! По крайней мере, после нападения – точно!

– Но почему? – недоумевающе поинтересовался Антонидис.

– Потому, дорогой друг, – пожал плечами владелец гостиницы, – что к морю – это вниз по лестницам, а от моря – это вверх! Если вам семьдесят два года, вы ранены, истекаете кровью, обессилены и измучены, еле держитесь на ногах и чувствуете, – а он говорил об этом прямо, – что умираете, вы бы стали карабкаться вверх по холму по этим бесконечным каменным пролетам? Сомневаюсь! Вернее, даже полностью уверен в обратном. Все, что ему было нужно, – оставить сообщение! Хоть кому-нибудь! Он экономил силы.

Поэтому он спустился на один или два лестничных пролета, прошел по улицам и постучал в первые же попавшиеся ворота. Вам необходимо исследовать две-три улицы, что находятся над Апиранто. Возможно, вы обнаружите следы крови и даже, чем черт не шутит, – орудие убийства!

– Да, да, – согласился Антонидис, с видимым сожалением отодвигая от себя поднос, на котором стояли четыре пиалы с «глико ту куталью».