Смерть на Кикладах. Сборник детективов №1

Умеют же появляться в нужный момент! – подумал Смолев, уже подскакивая к Димитросу, кладя ему одну руку на плечо, а другой пытаясь ослабить его хватку на горле у несчастного секретаря. Тот уже еле сипел и был синюшно-багрового цвета. Не сломал бы он ему кадык, медведь греческий, снова подумал Алекс. Ох и силушка же у него!

– Отпустите его, мой друг, отпустите этого мерзавца, он этого не заслуживает, – произнес Алекс, запыхавшись, – мы найдем на него управу. Отпустите, вам не нужны неприятности.

Старик Константинос тоже перешел на английский, и надо отдать ему должное, вопил он с отличным принстонским произношением. Смолев, несмотря на всю серьезность ситуации, заслушался. Хорошо артикулирует, мерзавец!

– Немедленно отпусти моего секретаря, подлец! Как ты смеешь! Неприятности? Я устрою тебе такие неприятности, что всю жизнь жалеть будешь! Я тебя засужу, ты отдашь мне все до цента! Идиот! Впрочем, у тебя и так ничего нет, ты – нищий! Я отберу у вас все!

Под мягким нажимом Алекса Димитрос ослабил хватку на горле Иоанниса, и тот, словно пыльный мешок с тряпьем, соскользнул по стенке и упал, хрипя, на пол.

Димитрос с перекошенным лицом, тяжело дыша, угрожающе развернулся к дальнему родственнику, который, будучи ниже его на целую голову, продолжал бесноваться, орать и размахивать тростью. Алекс немедленно встал между ними.

– Послушайте, Димитрос, друг мой, – мягко сказал он сыну хозяйки, стоя к нему лицом и положив руку ему на плечо.

 – Этим их не пронять. Они того не стоят. Подумайте о матери, она сама не своя. Подумайте о Марии, вы ее напугали и расстроили, вон она плачет на галерее у своего номера. Успокойтесь, еще ничего не потеряно! Я обещаю вам заняться этим вопросом.

– А вас, уважаемый сэр, – холодно и спокойно произнес Алекс, повернувшись вполоборота к старику и с поразительной точностью скопировав его произношение, – я убедительно прошу не размахивать тростью у меня перед лицом! В противном случае мне придется ее сломать о вашу голову!

Видимо, или в серых глазах Смолева, или в брезгливо-холодном выражении его бледного лица, или в тоне, с которым была произнесена речь, было что-то настолько убедительное, что старик сразу сдулся, но прошипел:

– Я этого так не оставлю, я душеприказчик его покойного отца! Как вы смеете мне угрожать! Сегодня я получил все необходимые документы, чтобы оформить собственность.