Девятое звено

– Если принять во внимание твою версию, то небеспочвенно. Хотя масштабы подготовки впечатляют. Но я другого не могу понять: зачем этой парочке из «шкоды» возвращаться в Запорожье по Бориспольскому шоссе? К чему им было ехать через весь Киев, если есть прямая дорога через Переяслав-Хмельницкий?

– Следователь тоже об этом спрашивал, а водитель объяснил, что ему нужно было заехать на авторынок. Да и жена не возражала – хотела полюбоваться столицей. В общем, следователя они убедили.

– Если бы я вел следствие и прислушался к твоей версии о «коробочке», то обязательно бы затребовал списки из египетского отеля, где отдыхала эта женщина из Запорожья.

А еще показал ее фотографию стюардессам.

– Это уже сделали грузинские дипломаты. Они связались с египетским отелем в Шарм-эль-Шейхе и все проверили. Ее показания полностью подтвердились, правда, есть одно «но». Вела она себя на курорте довольно странно. Об этом рассказал представитель туристического агентства. Сначала все было нормально, а потом неожиданно засобиралась домой.

Настояла, чтобы ее срочно отправили в Киев – именно в этот день и только этим рейсом.

– И как она это объяснила?

– Семейными обстоятельствами. Сказала, что возникли проблемы с мужем, и что, мол, это могло закончиться разводом.

– А следователю почему не рассказала?

– Не знаю. Может потому что не спрашивал. Мне же об этом только сегодня сообщили, а подтверждающие документы пришлют позже дипломатической почтой. Я пока не решил, что с этим делать.

Стоит ли усложнять работу следователю? Ламарочку уже не вернуть.

Мне нечего было ответить. Предполагал, что, несмотря на профессионализм и порядочность, следователь вряд ли захочет в этом разбираться. Отнесет несговорчивость Кравченко к его душевному состоянию и поспешит закончить расследование. По-видимому, столь резонансное дело сразу поставили на контроль в МВД и прокуратуре, поэтому будут его торопить. А женщина из Запорожья может легко объясниться.

Скажет, что пока летела в Киев, неприятности в семье сами по себе рассосались, поэтому и не сочла нужным об этом говорить.

Попытался подобрать слова, чтобы объяснить все это Баграту, но он меня опередил. Разливая по фужерам вино, заверил:

– Можешь не волноваться – с головой у меня все нормально. Я адекватно мыслю и пытаюсь рассуждать здраво. Горе ужасное и непоправимое, но на этом жизнь не заканчивается. Еще многое хочу успеть сделать.