Девятое звено

Я спешно возвращался со стоянки, чтобы не замерзнуть, и терзался сомнениями: с одной стороны, хотелось подойти к загадочному «гольфу» и пригласить разведчиков на чай, чтобы тоже зря не мерзли. С другой стороны, если это не слежка, а охрана, то можно было угодить впросак и поставить в неудобное положение дипломатов. Необдуманное комедиантство в подобных случаях может только навредить.

Окунулся в тепло домашнего очага и решил больше не откладывать разговор с Багратом. Воспользовавшись стационарным телефоном, попытался дозвониться на его мобильный номер, но оператор связи сообщил, что абонент находится вне зоны досягаемости.

Потом еще несколько раз возобновлял попытки, но все они оказались тщетными.

Остаток вечера просидел перед компьютером. Разбирался с корреспонденцией и текущими делами, но при этом каждые полчаса названивал Кравченко. Безрезультатно.

Тогда на сайте гостиничного комплекса «Киевская Русь» отыскал номера телефонов всех апартаментов и администраторов на этажах. Однако и это не принесло пользы: в номере Баграта к телефону никто не подходил, а дежурная по этажу сообщила, что ключ от его апартаментов у нее и что в течение дня постояльца из Абхазии она не видела.

Пришлось отложить разговор с Кравченко до утра.

Какое-то время я валялся на диване перед телевизором, после чего принял душ и около полуночи улегся в постель. Но долго не мог расслабиться, чтобы заснуть из-за вереницы воспоминаний и размышлений о прошедшем дне.

    3 марта (6 час. 30 мин.)

Проснулся ни свет, ни заря с тяжелой головой и поминутно ворочался, намереваясь улечься поудобнее.

Но сызнова задремать не получилось – что-то внутри подстегивало к действию. Небрежно застелил кровать, привел себя в порядок и поторопился в кухню, потому что без глотка утреннего кофе «бортовой компьютер» отказывался запускаться.

Беспокоить Баграта в такую рань не хотелось. Ведь накануне у него было много дел, из-за чего смог добраться до постели, наверное, далеко за полночь.

Зато самое время убедиться, как прошла ночь у наблюдателей.

Вот только за окнами еще не рассвело, а начинавшийся день обещал быть таким же не по-весеннему промозглым. В свете уличных фонарей на подмерзшую землю снова падал тяжелый мокрый снег, а из-под колес проезжающих машин разлеталась по обочинам дороги вязкая жижа.

Чернеющий силуэт спящей фуры и заколоченная будка спившегося сапожника не позволяли мне рассмотреть машину наблюдателей, из-за чего я был вынужден собраться на прогулку.