Фонтан жизни

 – Почему, же не может? Ведь люди тоже бывают худыми и толстыми, низкими и высокими? Но ведь эти твари не люди, и даже не гуманоиды!!!»

– Эй, командир! Будь осторожен!! К тебе начинают подкрадываться все зельцы этой планеты!!

До этого ехидный и смеющийся надо мной голос стал серьезным и на самом деле предупреждающим. Я оглянулся вокруг и понял, что на самом деле в помещении началось оживление – все видимые мне зельцы бросили свои дела и направились ко мне. Мне это начинало не нравиться.

Осознание, что я вишу на потолке, пришло не сразу.

До этого я искренне был уверен, что на потолке висят все остальные, но не я. Теперь в этом не было сомнения – зельцы поднимались ко мне снизу. А еще мгновением позже я понял, что в этом помещении нет ни верха, ни низа – здесь была невесомость! «Тогда возникает вопрос – чем мы здесь дышим?» – успел подумать я, но ответа так и не получил. Зельцы приближались и, возникающие на их телах выпуклости стали более отчетливыми. И вся деформация их тела стала более интенсивной. Сознание начало покидать меня, так же, как и тогда, когда я начал спускать свой отряд в эту чертовую пещеру.

Неожиданно, уже затуманенным сознанием я понял, что все это время со мной разговаривал Антон, мой верный помощник…

Черные кристаллики зрачков буравили меня насквозь.

Черно-белые глаза были слишком велики, что бы я мог узнать их владельца. Но я все равно был уверен, что знаком с хозяином этих глаз. От пристального взгляда по всему сознанию пробежали мурашки. Да-да именно по всему сознанию бегали мурашки, оставляя после себя неизгладимые впечатления.

Затем глаза начали удаляться, и я наконец-то смог разглядеть наличие бровей, переносицы и самого носа. Но всего лица я так и не увидел. Владелец этих глаз продолжал смотреть на меня, оставаясь при этом не узнанным.

А почему это, собственно, я должен его узнать? Может быть потому, что от этого пристального взгляда мне было хорошо и приятно? А может быть потому, что где-то в глубине собственного сознания я все же понимал, что раз уж я вижу эти глаза, то значит, я их знаю, или знал когда-то…

Неожиданно я вспомнил, что в прошлый раз (О, черт! – оказывается, был и прошлый раз!) эти глаза показались мне знакомыми.

Я просто не мог вспомнить их владельца.

Всматриваясь в появившиеся брови и нос, я упорно пытался понять откуда мне известны эти черты лица. Но память подводила меня, и это, почему-то, внушало уверенность в том, что я знаком с обладателем всего лица.