Внизу наш дом

То есть я крепко растерялся, потому что просто не представлял себе, что с этим делать. То есть – ну, не умею я тратить. Мог бы, конечно, купить авиадвигатель, если бы они продавались, но, во-первых, не продаются, а стоят на штучном учёте. А, во-вторых, доступный, в принципе, стосильник М-11 кажется мне слабоватым – хочется чего-нибудь более солидного. Но ничего подходящего ни в памяти, ни на виду нет.

Пачку резаной бумаги привёз мне Конарев и, как принято в их ведомстве, не стал объявлять во всеуслышание о том, какой я замечательный.

Он вообще как-то сумел замять шум и провернуть всё тихо. Но поймите моё затруднение – не умею я тратить такие суммы. Раньше, когда случались у меня крупные премии – отдавал жене. Они и булькали куда-то в неведомое. Но сейчас Мусенька ещё маленькая – не стоит ей даже знать о них.

* * *

На Троицу был я в семье своей суженой – обедали мы. Разговор крутился о том о сём, но вдруг средняя сестрица возьми и ляпни:

– Ты, Муська, небось, когда вырастешь – уедешь со своим лётчиком.

А сюда только в гости будешь заезжать, – и на меня покосилась. Дразнится.

– Нет уж, – отвечаю, – лучше вы к нам. Вот будете у нас на Колыме…

Радость моя рассмеялась, а младшая из сестричек распахнула свои глаза и удивилась:

– Ты же говорила, что хочешь переехать на Волгу, а не на Колыму.

Тут у меня мозги и заработали по-взрослому. Ведь, действительно, жили мы в Горьком, и нам там нравилось. Сначала по частным квартирам мыкались, потом в бараке, а уж, когда хрущоб понастроили, то и в квартиру с удобствами переехали.

Но сейчас-то никто не мешает мне купить домик на окраине в тихом месте. А потом, глядишь, как начнётся война, перевезти туда мать и сестёр моей ненаглядной. Отца-то не спасти – его дело солдатское. Но, глядишь, дети наши при бабушке вырастут, да с родными тётками. Это, если кто не знает – большое дело. И не придётся Мусеньке работать там, откуда всегда можно прибежать домой – дворничкой или уборщицей. Она только, когда детей подняли, устроилась библиотекарем, как мечтала.

Итак – подумаю о жилье в Горьком. Смогу ли я купить квартиру за деньги? Не уверен. Будь у меня таланты Остапа Бендера – наверное, ухитрился бы. Но, что имеем, то имеем. К мошенничеству особых способностей у вашего покорного слуги нет.

Частный дом? Наверное, смогу купить. Если не на своё имя, то на Мусенькину маму – чай, не откажет в такой малости! Меня в этой семье принимают всерьёз, хотя с виду я и мальчик.