Дорога на Дебальцево

Кроме того, Таня приготовила для молодой актрисы брюки-галифе, пилотку с красной эмалированной звездочкой и хромовые сапоги… 43-го размера.

Их вид вызвал у Саши, склонной к шуткам и розыгрышам, улыбку. Сами по себе они, конечно, смотрелись отлично: черная, блестящая от ваксы кожа, аккуратный крой. Однако при тридцать седьмом размере ее ноги это уже не сапоги, а галоши.

– Меньшей обуви не нашли, – сказала Таня, как бы оправдываясь. – Зато можно навернуть портянки из байки.

– Ты умеешь это делать?

– Нет.

У нас есть осветитель дядя Петя. Он умеет. Я его позову…

Дядя Петя отнесся к поручению со всей серьезностью. Александру, одетую в гимнастерку и брюки-галифе, усадили на табуретку, а он, опустившись на корточки рядом, принялся ловко наворачивать ей на ногу портянку – довольно длинный кусок байки серого цвета – и при этом учить ее этой солдатской науке. С портянками сапоги и впрямь не казались галошами, сидели на ступне более плотно.

Таня подала молодой актрисе последний предмет экипировки – кожаную коричневую портупею с плечевым ремнем и кобурой для пистолета ТТ.

Булатова надела ее, застегнула латунную пряжку и стала с интересом разглядывать себя в зеркале. Костюмер не отходила от нее. Она все время что-то поправляла. То одергивала гимнастерку, то передвигала на поясе пустую кобуру, то надевала пилотку по-разному, стараясь добиться ее положения, предписанного Уставом Красной Армии: на голове справа, опуская переднюю часть на правую бровь. Этому мешала прическа Булатовой.

– Евгений Андреевич вам сказал, что волосы придется постричь? – спросила Таня.

– Впервые слышу.

– Военная форма вам очень к лицу, – сообщила костюмер. – С короткой стрижкой будет еще лучше.

– Может быть, парик? – Александре не хотелось расставаться со своими роскошными густыми волосами длиной почти до пояса.

– Если парик, то не будет достоверно. А он хочет сделать самый достоверный фильм о войне…

Фамилия у режиссера-постановщика была настоящая, военная – Сотников.

Его предки происходили из донских казаков, и кто-то из них командовал сотней. Случилось это давно, наверное, в ХIX веке. В ХХ столетии они переселились с берегов Дона в азиатские степи, стали обычными горожанами.

Евгений Андреевич захотел следовать старинной семейной традиции и сначала получил военное образование, служил в частях специального назначения, причем – успешно, с получением правительственных наград.