Все реки петляют. Москва и Московия

Главное здесь – великая заинтересованность нанимателя.

– Спасибо огромное, Григорий Дмитриевич! – Софи просто подпрыгнула и в восторге захлопала в ладоши. Или это я аплодировал? – Есть у меня судно для рейса на Соликамск. А ради такого случая я его сама поведу. Только вот груза взять получится лишь шестьсот пудов. К какому причалу становиться под погрузку?

* * *

Вот ведь и не удержать её, первопроходчицу истовую с вечным шилом в основании туловища! Так что – поехали! В команду взяли пару не сдавших зачёты шарманщиков, тех, кого я на самостоятельную работу пока не выпустил.

Приняли груз – ящики в основном. То есть это какие-то изделия. Погрузили их на поддонах, подавая козловым краном, опоры которого идут по бортам. То есть берём с тупого носа, везём и ставим. Ящики тяжёлые, становятся компактно, только ручку лебёдки крути. Ну да для этого с берега приглашены работники, им ведь тоже нужно зарабатывать. А у судовой команды задача – правильно груз разместить и укрыть от непогоды.

Пришёл проводник, который здесь в ранге лоцмана, да на этом мы и отчалили, потому что он же и груз сопровождает. Первые семьсот километров до впадения в Двину реки Вычегды прошли за четверо суток безостановочного хода, это около восьми километров в час относительно берега и двенадцать по воде. Я на такие моменты всегда обращаю внимание, как и на расход горючего. Лоцман через каждый час крестился, поглядывая то на показания лага, то на часы – невиданные диковины, – к тому же находясь в рубке со стеклянными окнами.

Если кто-то не понял, то эту посудину мы завершали всем лесом, отчего в неё упихано всё самое передовое, до чего дошла конструкторская мысль.

По пути, проходя мимо Котласа, заглянули к дяде Силе. Навесы у него просторные, лес под ними сохнет качественный, казармы срублены и при всём этом великолепии – виноватый взгляд.

– Кайся, грешник. Чего опять насвоеволил от жадности великой? – немедленно взял я инициативу в наши с Софочкой одни на двоих уста.

– Артель плотницкую послал на волок давешний. Чтобы, значится, анбар поставили. А дочке наказал пашеничку из Поволжья в тот анбар везти, пока деньги все не истратит. И ещё ей из своих дал денег, и из твоих, и с зырян местных пособирал и тоже ей отдал. Ну, на пашеничку, стало быть.