Камеи для императрицы

– Нет ничего проще. – Аржанов окинул взглядом гибкую, как лоза, фигуру Анастасии. – В фехтовании главное не сила, а ловкость и быстрота реакции. Хотя еще больше вам подошла бы верховая езда на мужском седле…

– Почему?

– Когда мы ходили походом в Польшу, то в сентябре 1769 года у города Люблин две наши роты внезапно окружили толпища конфедератов. Бой был неравный. Жену секунд-майора Артемьева только это и спасло от плена и бесчестья. Мы издали дали залп. Она, вырываясь от разбойников, бросилась к чужой оседланной лошади и ускакала.

Сдается мне, что вы на ее месте тоже не растерялись бы…

– Конечно, нет! – Она схватила его за рукав. – А вы позволите мне такое?

– Сам буду учить, милая женушка! – Аржанов поцеловал ей руку. – Лишь бы вы здесь не скучали, лишь бы всегда были рядом, лишь бы думали обо мне…

В летней кампании 1773 года второй батальон Ширванского полка не участвовал. На «кампаментах» он принял пополнение, обучил его, привел в порядок вооружение, снаряжение и обмундирование.

Затем, соединившись с первым батальоном, убыл в распоряжение генерал-поручика барона Унгерна, корпусу которого поручено наблюдение за нижней частью Дуная от Прута до Днестра и Черного моря. Потому на зимние квартиры ширванцы остались в этом районе.

Первый батальон с полковым штабом стал в городе Сарата, у реки с тем же названием. Второй батальон ушел от него на 15 верст ниже, к озеру Сасык, в городок Татар-бунар. Аржановы поселились в доме на Базарной площади, просторно разместившись со всей прислугой на двух его этажах.

Зима здесь совершенно не походила на североукраинскую. Температура не опускалась ниже нуля. Снег выпал раза два или три и на следующий день растаял. Зато с Черного моря дули пронзительные ветры. Они приносили обильные дожди и густой туман по утрам.

Шесть месяцев пребывания в Татар-бунаре остались в памяти Анастасии как благостная семейная идиллия. Они с Аржановым уже хорошо знали друг друга. К тому же подполковник, не обремененный теперь делами в батальоне, все свое время посвящал молодой жене.

Андрей Александрович подарил Анастасии учебный эспадрон для фехтования. Он не ленился два раза в неделю проводить с ней эти уроки, причем сам увлекался занятиями больше, чем его ученица.

Все верховые лошади Аржанова оказались слишком норовистыми для такого начинающего всадника, каким была Анастасия. Тогда Аржанов купил в местном табуне маленькую и спокойную татарскую лошадку, с которой Анастасия быстро поладила.