Камеи для императрицы

Кроме того, в лагере остались их ранцы и артельные повозки с имуществом, которые сейчас нужно было защитить от турецкого разграбления.

Буквально за пятнадцать минут на желтом поле несжатой ржи выросли живые бастионы – каре, образованные плотными шеренгами егерей в зеленых камзолах и гренадер – в красных. В лучах полуденного солнца их штыки грозно сверкали. Орудия на углах каре сделали первые выстрелы, изрыгнув длинные языки пламени.

К ним от леса катилась многоцветная волна турецкой пехоты. Османы кричали: «Аллах акбар!».

Их было больше, чем наших. Но меткие выстрелы артиллерии вырывали из толпы целые ряды. Русская картечь визжала и свистела над головами воинов ислама, и они поневоле замедляли свой бег.

Анастасия с помощью камердинера мужа Никиты взобралась на крышу кареты и оттуда наблюдала за битвой. Сердце у нее сильно билось от волнения. Она не понимала, почему солдаты не стреляют. Ей казалось, что еще мгновение, и русские каре рухнут под напором дикой вражеской стихии. Однако, подпустив турок на сорок шагов, егеря и гренадеры ударили по ним дружным залпом.

Фасы каре сверкнули огнем и окутались дымом. Круглые свинцовые пули уложили на поле тех, кто бежал впереди. Остальные, наткнувшись на щетину штыков, не выдержали прямого соприкосновения и повернули назад. «Ура!» – гаркнули им вслед русские, и бегство янычар сделалось паническим.

– Господи! – перекрестился Никита. – Прости их бусурманские души. Теперь уж победа наша. Смотрите, матушка-барыня, вон генерал скачет на белом коне…

Генерал-поручик Суворов повел войска к лесу.

Солдаты шли, не нарушая строя, взяв ружья на плечо. Артиллеристы катили орудия, в равномерном и медленном движении этих зеленых и красных живых квадратов было что-то магическое. Они уходили все дальше к темному лесу, а на желтом поле оставались неподвижные пятна – убитые и раненые.

Но бой продолжался. Гром ружейных залпов рвал воздух где-то за лесом. Вскоре там заговорили и пушки. Черный дым поднимался над верхушками деревьев и постепенно заволакивал горизонт.

В боевых порядках 3-й дивизии, сражавшейся там с турками, находились оба батальона Ширванского полка.

Мимо кареты проехала выкрашенная в голубой цвет аптекарская фура, за ней – две лазаретные телеги. На фуре рядом с кучером сидел Калуцкий, полковой лекарь ширванцев.

– Куда вы, Сергей Васильевич? – окликнула его Анастасия.

– Да за нашими же. Они пошли к Козлуджи.

– Я с вами! – вдруг решила она, все еще переживая увиденное на поле.