Звенья разорванной цепи

Он прибыл на рандеву точно в назначенное время, вручил прекрасной даме букет белых роз, поцеловал протянутую руку и принялся осыпать собеседницу комплиментами в том старинном великосветском духе, когда сам служил сержантом в лейб-гвардии Семеновском полку в Санкт-Петербурге. Анастасия молча подала командиру гарнизонного батальона сложенный вдвое лист гербовой бумаги с водяными знаками, красной государственной печатью и подписью царицы «Екатерина» – простой, без завитушек и росчерков, легко читаемой.

Несколько удивленный, Шаболдин раскрыл лист и увидел, что это – рескрипт государыни, в коем предписывалось всем должностным лицам Российской империи оказывать всемерную помощь подательнице сего документа и выполнять ее просьбы незамедлительно.

Теперь он вспомнил, где встречал княгиню – на царском приеме в Бахчисарайском дворце в мае 1787 года. Командир Крымского корпуса генерал-поручик Каховский сказал штаб-офицерам пехотных полков Копорского и Вятского, присутствовавшим на приеме, буквально два слова об этой красавице.

Таким образом, от куртуазной беседы ему пришлось отказаться. С милой улыбкой Анастасия Петровна предложила подполковнику чашечку кофе в утешение и вместе с ним села за столик, где стояла ваза с бисквитами, сахарница и молочник. Шаболдин добавил в чашку молока и сахара, откусил изрядный кусок от пирожного и приготовился слушать. Аржанова начала читать ему выдержки из донесения евпаторийского конфидента секретной канцелярии Ее Величества, подписывавшегося псевдонимом «Дервиш».

Кое-что о кипучей деятельности имама Хаджа-Джафар-эфенди командир гарнизонного батальона знал, но относил это к особенностям существования мусульманской общины, или «джамаата». Вмешиваться в исламскую религиозную жизнь приказа у него не было, наоборот – был приказ сохранять дружественный нейтралитет.

Аржанова между тем достала из походного баула небольшую книжку в коричневом кожаном переплете с вытесненными на обложке золотыми арабскими буквами и пояснила подполковнику:

– Так выглядит Коран, их священная книга.

Шаболдин удивился:

– Вы всегда возите ее с собой?

– Приходится. Иногда помогает при общении с мусульманами в крымской степи. Но надеюсь, нашим потомкам здесь понадобится только Библия, – она привычно листала страницы, водя пальцем по строчкам справа налево, как ведется арабское письмо. – В Коране есть немало текстов, прямо призывающих ненавидеть иноверцев и бороться с ними.