Путь по крошкам света. Ствол и ветви

 – Теперь можешь дать и мне немножко! Твоя очередь! – уже смеётся Ангела.

– х…хххыхх… Я люблю тебя Ангела. Как бы тебя ни звали! – с трудом произносит Андре нелёгкие слова.

– Ты прав! Повтори это, но без имени!

– Люблю.. – произносит Андре.

– А теперь, посмотри на себя внимательно и скажи это. – велит Ангела за его плечом и исчезает растворяясь совсем.

Андре, шевелит с трудом немыми губами, крутит головой и…

– Не могу!

– Можешь – из пустоты доносится голос Ангелы. – Посмотри на себя! Тебе так не хватает ощущения что тебя любят, что ты нужен! Не ужели ты не видишь, что заслуживаешь заботы и внимания! Смелее, не отказывай своему израненному телу, которое так долго и безропотно терпит тебя! Скажи ему, что у него свой смысл! Своё место! Дай ему то, что оно заслуживает!

Долго и упорно стоит Андре перед зеркалом покачиваясь от внутреннего напряжения.

Но вот глаза его начинают блестеть от накатывающихся слез и …

– Я люблю тебя… – и слезы текут по лицу…

– …Андре. – быстро и торопливо, как виноватый, произносит он наконец.

– эээххххых… Люблю! – уже облегчённо и свободнее выдыхает Андре.

Из пространства проявляется Ангела.

– Я тобой горжусь Андре1…»

***

– Гениальный фильм! – подумал Добрыня.

– Какой потерянный человек! – подумал он и сам себя спросил – а я? и сам пошёл к зеркалу и признаваясь себе в любви. Он при признании испытал некий сильный и тёплый как солнечный свет, лёгкий толчок в тело. А запомнив его тактильное охватывающее действие, позже направлял его «признаваясь» свои органам что тоже требовали заслуженного внимания.

Позже Добрыня клиентам предлагал провести подобный опыт и это становилось откровением для многих. И исходя из результатов он назначал им к самостоятельному выполнению определенные практики и сам выбирал нужные приёмы работы с ними.

История с дождём.

Добрыня решил перекурить немного. Сегодня был жаркий сухой день и было душно. Хоть по небу и пробегали облака, все они были лёгкими, красивыми и воздушными, но никак не тянули на дождевые.

В саду все сохло, а Добрыне не когда было поливать грядки. Добрыня пристраивал кирпичную баню к дому. Не то чтобы он сильно любил париться, но баня ему была нужна. Она ему снилась ещё до покупки этого сада. Он ощущал место силы, видя себя сидящим перед баней на лавке из широчайшей кедровой плахи из цельного ствола. А лицевую кирпичную кладку он не только умел класть, но и любил это не лёгкое творчество придумывания узоров из кирпичей.