Приключения Ариэля, рыцаря двух миров. Том I

Поэтому я и не понимаю, чем могу быть полезен при обсуждении тех вопросов, внутренний смысл которых ускользает от меня.

– Ещё как можешь быть полезен. Моя юность пришлась на Эпоху Вражды, когда пресвитер Иоанн ещё только начал созидать наше Царство. В итоге мне понятно то, что недоступно тебе. Но и я легко могу упустить то, что для тебя ясно, как Божий день. И моя сила так же легко может обернуться слабостью.

– А пресвитер знает о послании императора Мануила?

– Разумеется, знает. Иногда мне кажется, что пресвитер знает всё на тысячу лет вперёд, причём в деталях.

Но он поручил принять решение нам с тобой. Причём, решение должно быть согласованным, не вызывающим ни у одного из нас сомнений.

– Опять не могу понять. Зачем это, если все мы знаем, что только пресвитер может принять безупречное решение?

– Ты пойми, магистр, что пресвитер не равен Царству. Он считает, что это решение должно исходить из недр Царства. В отличие от него, мы с тобой не безупречны, но высшая мудрость в том, чтобы это решение приняли мы.

– Но мы не очень понимаем друг друга. Я, например, не считаю, что мы должны выполнить просьбу императора. Всё в моей душе восстаёт против самой идеи крестового похода. Как можно во имя веры убивать людей? Ведь это означает убить веру в своей душе. В такой войне не может быть победы. Если мы двинем своих рыцарей на освобождение Гроба Господня, мы погубим их души.

– Или закалим. А без этого души наших рыцарей скорее погибнут на пуховых перинах, чем на войне.

– Значит, вы всё-таки за наше участие в крестовом походе?

– Не могу настаивать, если ты решительно против. Я прекрасно понимаю, что в твоих словах есть своя правда, но это не вся правда. Со своей стороны, я решительно настаиваю только на одном: мы не можем оставить послание императора совершенно без последствий.

– Да, пожалуй… Подвиг внешнего рыцаря и на меня тоже произвёл огромное впечатление. Такое великое деяние мы не можем оставить без последствий. А что если нам послать для начала не войско, а разведчика?

– Неплохая мысль.

Но это должен быть рыцарь, обладающий особыми качествами. Он должен быть готов встретиться во внешнем мире с такими вещами, каких вообще невозможно себе представить.

– Опять вы говорите непонятное, ваше превосходительство. Впрочем, есть у меня на примете один рыцарь, который может понять вас лучше, чем я.

– Что за рыцарь?

– Из пограничной стражи. Он достигал самых отдалённых пределов нашего царства.