Рыцари былого и грядущего. I том

Но на переходе он скорее напоминал погонщика верблюдов, неразговорчивого и равнодушного ко всему на свете. Король не хотел навязывать ему разговор, но всё нарастающая тревога делала молчание невыносимым и вскоре развязала высочайший язык:

– А хорошо всё-таки смотрятся на ваших белых плащах эти красные кресты! Его святейшество папа Евгений оказал тамплиерам большую честь, как раз накануне похода даровав право ношения красных крестов на белых плащах.

– Да, ваше величество, красный крест – большая честь.

А кроме того, это очень удобно для сарацинских лучников. Крест как раз напротив сердца, хорошо виден. Теперь им будет гораздо проще целиться.

Король несколько смущённо усмехнулся:

– Всё никак не могу привыкнуть к вашей мрачной манере шутить.

– А это не шутка. Сердце каждого тамплиера хочет только одного – стрелы.

Слова магистра показались королю откровенно хамскими, к тому же де Бар произнёс их, не теряя сонного выражения лица. Людовик привык к тому, что всякий, кого он удостоил своим вниманием, начинает светиться от счастья и отвечает, захлёбываясь от радости.

А этого тамплиера не поймёшь – как будто ему король безразличен. Хотя, вроде, и не сказал ничего грубого. Впрочем, Людовик – широкая рыцарская натура – не был мелочно обидчив. Снова усмехнувшись, теперь уже без смущения, он продолжил донимать магистра:

– Сколь славен наш Господь, создавший такое чудо – эти великие горы. Да ведь в отличие от всех нас вы и раньше бывали в горах, мессир? В Испании горы такие же красивые?

– Да, ваше величество, почти такие же.

Только воевать в горах… очень хлопотно. Неприятно.

– Вы опять шутите, мессир? Как же можно воевать в горах? Здесь и без боя продвигаться почти невозможно. И врагу здесь просто неоткуда появиться. Они же не вырастут из-под земли, как гномы. А если бы и выросли – им же войско не построить.

– А они и не будут строить войско. Мы не увидим шеренги врагов. Многие из нас вообще ничего не успеют увидеть – они и на том свете не узнают, откуда могла прилететь стрела, если кругом никого не было.

Здесь за каждым камнем может сидеть по сарацину, а камней, как видите, кругом предостаточно.

– Так что же, по-вашему, мы уже проходили мимо камней, за которыми сидели сарацины?

– Нисколько в этом не сомневаюсь. Да вы иного сарацина могли за камень принять. Они умеют сливаться с местностью получше любой ящерицы.