Рыцари былого и грядущего. III том

В том же духе ответил обвинителям арагонский рыцарь-тамплиер Беранже де Колль: «Ради почитания креста, на котором был распят Иисус, братья нашего ордена со всей торжественностью и благоговением совершают поклонение кресту в Святую Пятницу и в дни праздников креста в мае и сентябре. Когда тамплиеры поклоняются кресту в Святую Пятницу, они снимают обувь и меч. Так же ради почитания креста распятого Господа нашего Иисуса Христа все братья Ордена тамплиеров носят знак креста на своих плащах».

Сиверцев старательно и дословно выписывал всё, что говорили тамплиеры в своё оправдание.

Он заметил, что ни в одной книге по процессу тамплиеров выступления в защиту Ордена не были собраны в одном месте, концентрированно, все авторы лишь выдергивают из них фрагменты для примера, куда больше внимания уделяя мрачному обличительному красноречию Ногаре и Плезиана. Но если собрать воедино всё, что по ходу процесса было сказано в защиту Ордена Храма, сила воздействия на сознание окажется совершенно иной. Все доказательства вины тамплиеров вдруг начинают казаться куда менее убедительными, способными производить впечатление лишь до тех пор, пока защите не дали сказать всё, что она имела сказать. Конечно, в выступлениях тамплиеров было куда больше пафоса и эмоций, чем логики и аргументов, и всё-таки из суммы этих высказываний можно вычленить многое такое, что допустимо отнести к реальным и весомым доказательствам невиновности тамплиеров. Об этом Андрей хотел поговорить с Серегой.

У Сереги были теперь другие глаза.

Глаза больного ребенка, тихого и доброго создания, обескураженного и растерянного от столкновения с невероятной жестокостью этого мира. Неделю назад, когда Андрей встретил воина «Пересвета» в аэропорту, у него были глаза раненого хищника – за болью просвечивала затаенная ненависть и предсмертная отрешенность. Теперь это ушло, хотя боль осталась, но она стала чище, прозрачнее, благороднее.

– Как ты?

– Нормально. Какие чудные богослужения в вашем подземном храме.

Словно в Киевской лавре, но там подземные храмы очень маленькие и после службы приходится сразу же подниматься на поверхность земли. А ваш храм для подземного – весьма просторный, величественный и благодать литургии легче сохранить в душе, не расплескав, на поверхность возвращаться не надо. Здесь у вас встретились, наконец, моя любовь к восточному православию и любовь к западному Ордену, здесь они сливаются в единую любовь, дарованную Господом, словно в вечности.