Рыцари былого и грядущего. Том II

 – Почему меня должны интересовать ваши религиозные проблемы? Может быть вам предать его шариатскому суду и побить камнями? – майор чувствовал, что этот диалог – ритуальный танец, а вскоре они доберутся до сути вопроса.

– Сэр мошавер, конечно, знает, что шариатский суд с некоторых пор не имеет права выносить смертные приговоры. Преступник на самом деле достоин побития камнями, но если мы сделаем это, что тогда вы сделаете с нами?

– Я? Ничего. Вас будет судить народный афганский суд. Мы терпим вас, служителей Аллаха, ровно постольку, поскольку вы помогаете нам поддерживать порядок.

А если вы осмелитесь кого-то казнить, исходя из религиозных соображений…

– Вот именно, сэр мошавер, вот именно. Мы помогаем вам поддерживать порядок. Без нас вам порядка не удержать. Мы проживём без вас в этой стране. Всегда жили. А вы без нас – не сможете. А этот человек – он разрушает порядок, он смущает народ, он одинаково опасен и вам, и нам.

– Так значит всё-таки, по-вашему, советский офицер должен взять на себя функции шариатского суда?

– О, нет, – мулла всем своим видом дал понять, что даже мысль об этом кажется ему кощунственной.

 – Этот человек выступает против сынов Ленина. Убей его за это.

– Он совершил преступления против советской власти?

– Ещё не совершил, но он – подстрекатель. Вы же не хотите подождать пока он поднимет восстание против Советский армии здесь, в самой спокойной провинции? Вы понимаете, что его нельзя предавать публичному суду, ни вашему, ни нашему? Его надо просто тихо убрать.

Вы должны это сделать.

– Я ничего вам не должен.

– Нет, конечно, не нам, сэр мошавер, – тонко и зловеще улыбался мулла. – Вы должны своему начальству. Этот человек призывает не подчиняться безбожникам, то есть вам. Он так же говорит, что он – шах. Он, по-существу, призывает к реставрации монархии, желая царствовать на нашей земле. Тот, кто оставит этого самозванного шаха безнаказанным, тот враг советской власти.

«Ах вот оно что, – подумал Кзязев, – я-то, дурак, ждал, когда они обозначат мой интерес в этом деле, а они решили попросту взять меня на испуг.

До чего дошло – религиозные фанатики учат меня любить советскую власть. А ведь они действительно могут организовать мне большие неприятности. Да не в этом дело – от доносов как-нибудь отобьюсь. Только тут и правда что-то очень серьёзное, от чего нельзя просто так взять и отмахнуться. Если муллы так переполошились, значит это тема».