Комета Магницкого – 2

Надо будет вынести решение о сносе забора и проведении агротехнических мероприятий в целях поддержания ландшафтной ситуации – вынесем, вас не спросим.

– Совершенно верное замечание. А слева от дома нетрудно выделить место на дорогу к объектам, – обнародовал своё постановление мужчина в сером, глядя на часы и переживательно морща щёки. – Она не займёт много места, зато стройтранспорт не будет ездить по Марьиной роще.

– Вы наследник владельцев сада? – быстро спросила хранительница, мельком измерив длину лица Виктора и ширину плеч.

По тому, как вдруг стихли разом члены Зелёной комиссии, ему открылась стратегическая важность вопроса. Решалось главное. Ответит правильно – сад останется за ним, промахнётся – и забор сломают, уберут, и землю по самый порог отрежут, и даже его собственный нос не медля сопрёт сутулая гражданочка в чёрном платье своим острым, как бритва, взглядом.

– Естественно наследника, более того – прямой, – Магницкий нашёл в себе силы весело заглянуть в лица всех членов комиссии по очереди принципиально интеллигентным взором человека, с детства долбавшего собачий вальс по расхристанным клавишам комнатного рояля Шредер, с выражением, которое, судя по фотографиям, было присуще покойному владельцу Генрику Войцеховскому.

Хранительница вдруг потрогала какой-то убогий листочек на ветке и сказала, оттаяв:

– Амурская сирень. Это мы с Генриком садили.

От неожиданной радости Виктор чуть было не поддакнул: «Да, как же-с, помню, помню!» – но лишь кивнул головой и погладил соседнюю корягу, что произвело самое благоприятное впечатление.

– Ну вот, товарищи, вопрос, как видите, спорный, юридически не урегулированный, мы, как всегда, теряем время.

Широким размашистым шагом она ринулась к выходу, спеша на свой нескончаемый фронт работ, схожий с непрерывным подвигом длиною в жизнь, за ней устремились расстроенные сопровождающие, елейным хором бубня в спину нечто, каждый по своей тематике, пытались убедить остаться и разделить садик между ними всеми по-хорошему и по-братски.

Неистово мечтала от имени и по поручению городских мичуринцев о магазинчике «Семеновод» потаённая гражданочка в чёрном. Из её сбивчивой речи следовало, что поголовно вся городская общественность с младых ногтей мечтала о торговой точке, построенной на территории данного земельного участка, и в доказательство потрясала заблаговременно подписанными той общественностью листами.