Комета Магницкого – 2

– Ах вот оно что, вот где собака зарыта! – дёрнул кассету и одним прыжком исчез в тёмном провале машинного зала, как рвущийся в бой десантник в самолётном люке, начихав на парашют.

– Где тут собака зарыта? – в комнату вошла Ольга, таща большой пакет.

– Там, – указал Виктор на дверь, за которой только что пропал системщик. – Вторые сутки не можем откопать. Гвардия погибает, но не сдаётся.

– Все здесь, работники, а я забежала по пути в сберкассу. Что-нибудь удалось сделать за ночь?

– Сейчас будет видно, – Деревянкин уже сурово зрил в экран.

 – Пока под большим вопросом, понимаешь, тут такая штука… ну, в общем, долго рассказывать…

– Давайте поставим чай? Виктор Фёдорович, принесите водички. Кстати, как у вас дела?

– Как всегда отлично.

В коридоре свет не горел, то ли решили сэкономить на электроэнергии, то ли на электрике, скорее, последнее. Приземистая фигура переходила от дверей к дверям, вглядываясь в таблички с названиями фирм.

Кого здесь выискивает жук Котомкин, могильщик малых ЭВМ?

– Не подскажете, где найти фирму «Информ-Бюро»?

– А зачем тебе, старый алкоголик, данная фирма?

– А… это ты.

Как здесь?

– Не видишь? – Магницкий потряс чайником у приятеля перед носом. – Работаю.

– Это кстати. Мне нужна Ольга Дальская.

– Она всем нужна. Такие женщины всегда всем нужны, но не всем достаются.

– Кто-то ещё спрашивал?

– Просто валом прут с утра, и всем срочно директора подавай.

Котомкин пришёл в нетерпеливое движение, пытаясь почесать левое ухо правым плечом, лицо его отразило невыразимое страдание от невозможности таких в сущности простых вещей.

– Вот чёрт, как бы не перехватили, – буркнул он и заспешил в кабинет.

Ольга тотчас отвела Котомкина в маленький зальчик, где в темноте и прохладе под шум кондиционеров весело подмигивала лампочками морально устаревшая СМ-ка, не подозревающая о своей скорой кончине.

Для Виктора прояснилась причина явления Котомкина и того, зачем здесь днюет и ночует Саня, всё связано в один узелок.

Оставшиеся задачи перебрасываются на персональные компьютеры, морально устаревшую машину списывают, золотоносные платы продаются Котомкину, который сбывает их по своим каналам братьям-армянам. Это небольшое Эльдорадо перестроечных времён, армянское Эльдорадо вкупе с котомкинским. Маленький бизнес маленькой страны. Но у Котомкина с Ольгой что-то не получилось, или, как говорил орденоносец «Дружбы народов» штандартенфюрер Штирлиц, что-то не срослось.