Трансмутация

Он с самого начала так решил – потому и отдал мне ту вещь».

Она сунула руку в карман и нащупала упрятанный в полиэтилен квадратик. Однако вытащить его, чтобы рассмотреть – не успела. Её дедушка перебрался-таки на балкон третьего этажа и быстро глянул вниз.

– Уходите! – крикнул он внучке и её другу, взмахивая рукой – указывая в сторону подворотни, выходившей на улицу. – Прямо сейчас!

Но, конечно, Ивар и Настасья с места не сдвинулись – только смотрели на него во все глаза. Профессор задержал на них взгляд – но совсем ненадолго, на пару секунд.

А потом ловко и сноровисто развязал узел на своей страховочной привязи, раскрутил свернутую в жгут мокрую простыню и накрылся ею с головой. После чего шагнул с балкона в комнату.

8

Настасья даже не понимала, что кричит, повторяя: «Дедушка, дедушка!..» Но тут Ивар зажал ей ладонью рот – как много лет назад, на пляже.

– Тише, ради Бога! – прошептал он, свободной рукой набрасывая капюшон ей на голову. – На нас и так все смотрят!

Первым побуждением Настасьи было – вцепиться зубами в его ладонь, как она уже делала.

Но теперь ей было не девять лет. И она просто отвела от своего лица руку Ивара, перед тем кивнув ему – дескать, буду молчать.

И она вправду молчала, только поминутно переводила взгляд с балкона, на котором только что находился её дед, на двери подъезда – из которых валил черный дом. Ни в проеме балконных дверей, ни на выходе из подъезда её дедушка не появлялся. И сёстры Ивара, конечно же, не появлялись тоже.

Никто не выходил из дверей и двух других подъездов дома – не выносил свое имущество.

Жильцы даже не пытались самостоятельно тушить пожар или спасать свои вещи. Как видно, такого добра в городе хватало с избытком: и брошенных квартир, и брошенных неновых вещей. Никто не сунулся бы в огонь, чтобы вытащить бывшее в употреблении имущество. И никто не полез бы спасать соседа – если бы даже хорошо знал его. А Настасьин дед всегда держался наособицу. И соседи не просто испытывали безразличие к его жизни или смерти – они даже не заметили бы разницы между тем и другим.

Однако – безразличны эти люди были не ко всему.

Настасья пребывала в таком отчаянном напряжении, что далеко не сразу уловила: в толпе вокруг происходят перемены. Ивар уже несколько раз тянул её за рукав, шепча: «Ну, всё, нам нужно уходить!». Однако девушка только выдергивала руку – и продолжала смотреть на горящий дом.

А когда Настасья догадалась, наконец, оглядеться по сторонам, её окатило волной паники.