Врата. Книга 3. Северный ветер. Том 1

– Последнее слово… Служи её… высочеству… В жизни и… смерти… Иначе… уши надеру… Ошибся… Так долго… Я… хотел… Чтобы… Как тогда… Снова молод… Так долго… Так… долго… Ждал…

Графиня до побелевших костяшек сжала обеими руками нож Коммода, её лицо исказилось, а затем она погрузила клинок в шею Круха. Тот захрипел в последний раз и затих.

Леона Крух закрыла глаза мужа. Прошептала над ним что-то неразличимое, а затем поднялась на ноги и прямо взглянула в лицо Афины. Дерзко, яростно, но… без ненависти.

В глазах лишь пара слезинок – для восточной аристократки, славящихся не меньшей выдержкой, чем их мужья – почти рыданья взахлёб.

– Ваше… высочество… – глухо произнесла графиня, склоняясь в поклоне. – Дом Крух… усвоил урок.

– Хорошо, если так, – бесстрастно произнесла принцесса. – Граф Крух!

– Я, в-ваше высочество! – Арс на мгновение запнулся, не сразу сообразив, что граф Крух отныне – он.

– В вашем замке будут размещены легионеры – их снабжение на вас.

С ремонтом поможем, но не более того – это тоже за ваш счёт. Размеры компенсации огласят позже – после судебного разбирательства, выяснив, сколь велик причинённый вами ущерб. С остатками своей дружины прибываете в Илион, в моё непосредственное подчинение. Вопросы?

– Никак нет, ваше высочество.

– Вопросов нет. До встречи… Арс Крух.

Принцесса непроизвольно потёрла наскоро заживлённые порезы на левой щеке, вспоминая недавний бой.

– Что, тяжкое сражение вышло? – спросил Кастор, видя, что девушка сейчас мыслями далеко – где-то или когда-то.

– Непростое, – сказала Афина. – Непростое.

Советский анклав, свободное поселение Надежда.

– Считаете, на эту Афину можно положиться? – спросил Макаров, продолжая неторопливо вести джип по территории Анклава.

– Из всех местных аристократов высокого ранга она показалась мне самой адекватной, – ответил Вяземский. – Вёл с ней переговоры лично, в одном бою были, ещё потом кое-какие моменты с ней обговаривали… Молодая, временами импульсивная, жёсткая, но разумная и честная.

Иногда даже чересчур честная, если так можно сказать.

Как-то незаметно разговор с обсуждений прошлого Анклава и России свернул на текущую обстановку, как говорится, на местах – Георгий Константинович попросил разведчика поделиться информацией об имперских делах, и тот не увидел в этом ничего предосудительного.