Аризона на троих. Семь камней Кецалькоатля

Теперь вы не решаетесь написать о том, что реально существует, из-за того, что никто этому не поверит.

– Я серьёзный репортёр. Газетные «утки» не моя стихия.

– Вот я и говорю: мир сильно изменился – от поиска дутых сенсаций, до замалчивания сенсаций реальных. – Хэлфорд шагнул к столу, выдвинул ящик, бросил к подножию бронзовой чернильницы пухлую книжицу в потёртой обложке. – Ваши очерки читают тысячи людей, а правду вы можете доверить только своему дневнику.

Опрокидывая стул, Генри возмущённо вскочил и сразу почувствовал под лопатками два бесцеремонных револьверных дула.

Благоразумно застыв на полушаге, он тяжело задышал, сдерживая негодование. Книжка была дневником, в который он записывал самые сокровенные мысли.

– Жаль, – Генри наконец овладел собой. – Первоначально вы произвели на меня впечатление интеллигентного человека. Чтение чужих дневников внесло решительные коррективы в моё первое впечатление о вас.

– Это не расстроит меня, – ответил банкир, жестом показывая своим людям, чтобы те отступили.

 – Меня по-настоящему огорчает тот факт, что вы скрываете правду о своей поездке в Аризону.

Почувствовав, что нажим револьверных стволов ослаб, Генри одёрнул за лацканы сюртук.

– Чтобы узнать подробности этой поездки, вам не обязательно проникать незаконным путём в чужое жилище, достаточно раскрыть последние номера газеты «Сан».

– Меня интересует то, что осталось за пределами газетных страниц. То, о чём вы умолчали по вполне понятным причинам.

– В моих заметках всё без умолчания.

Боюсь, вы невнимательно читали.

– Я не просто читал, я проштудировал ваши заметки, как не штудировал ни один школьный учебник. Но, к сожалению, не встретил там ни одного упоминания о восстающих из земли мертвецах, о бродячих скелетах, о древнем и всемогущем ацтекском Духе.

Генри усмехнулся:

– Так вот в чём дело. Вы приняли всё это за правду? Забавно! – настороженно поглядывая на людей в чёрном, он неторопливо шагнул к окну. – Но мне придётся огорчить вас, мистер Хэлфорд.

Попутно с журналистикой я занимаюсь художественной литературой, пишу роман. В его основу лягут реальные впечатления от поездки в Аризону, а чтобы подогреть интерес читателя, я собираюсь ввести в повествование много чертовщины и откровенной сказки. То, что вы приняли за мой дневник, это дневник вымышленного персонажа. Не более чем наброски к будущей книге.

Генри указательным пальцем приподнял провисающий край подколотой к стене шторы.