Аризона на троих. Семь камней Кецалькоатля

Один раз пошёл на поводу, и потянулась цепочка неуправляемых событий, каждое из которых приводит к новому ещё большему противостоянию с законом. Так с одного маленького камня начинается разрушительный камнепад. Он, как репортёр, занимавшийся в своё время криминальной хроникой, знал об этом как никто другой.

– Всё! – Генри протянул руки, перехватывая у мексиканки и натягивая поводья, торопливо соскочил с коляски. – Не хочу больше иметь с тобой дело.

Он возмущённо зашагал вдоль дороги, даже не задумываясь, куда идёт.

Коляска ехала рядом, похрустывая колёсами по россыпи мелких камней. Луисита сидела, пропустив вожжи между указательными и средними пальцами, иронично поглядывая на Генри.

– И что ты собираешься делать, мистер законник?

Молодой человек замедлил шаг, дав Луисите уехать чуть вперёд, и на ходу принялся отвязывать идущего позади коляски каурого жеребца.

– Делай, что хочешь, а я ухожу.

Мексиканка натянула поводья.

– Скажи, гринго, у вас на востоке все мужчины готовы ради собственного спасения бросить беззащитную девушку на произвол судьбы?

Руки Генри замерли, так и не развязав повод.

Это был удар ниже пояса. Он уже хотел высказать мексиканке всё, что думает о её мнимой беспомощности, об ограблении магазина, о стычке с художником, но вовремя промолчал. Любое оправдание сейчас играло против него и принижало его мужское достоинство.

– Слезай, – скомандовал он. – Верхом у нас есть шанс уйти.

– Рано или поздно они нас нагонят, даже если мы поедем верхом.

– Зачем же ты всё это затевала, если знала, что нам не выкрутиться? – Генри резко развернулся, вгляделся в увеличивающееся облако пыли на горизонте. – Пойду, сдамся. Раскаюсь во всём.

– Ты очень разжалобишь шерифа.

– Ты смеёшься так, будто тебе не грозит арест.

– Тебе тоже не грозит, если сядешь в коляску и немного помолчишь.

– У тебя есть план?

– Конечно, есть, – девушка не смогла сдержать презрения. – Неужели ты думаешь, я понадеялась на тебя?

Чувствуя свою беспомощность, Генри оглянулся по сторонам, словно надеялся среди агав и опунций найти подсказку о том, как выбраться из сложившейся ситуации.

Мексиканка выдержала паузу, дав ему вдоволь проникнуться чувством собственного бессилия, потом скомандовала:

– Садись!

Скрипя зубами и, воротя от девушки голову, Генри взобрался на сидение.

Через полчаса показался переброшенный через узкий, но глубокий каньон деревянный мост.