Истинный ариец

Похоже, что именно из-за них и было совершено это дерзкое нападение. Молодой Орден техномагов впервые столкнулся с открытым военным противодействием, в котором применялись магические технологии.

Вечно возрождающийся из пепла огненный Феникс, являвшийся символом Ордена, схватился с вцепившимся острыми когтями в металлическую свастику железным нацистским орлом.

Уцелевшие члены Чёрного Ордена СС, так долго остававшиеся в тени, обнаружили себя. Было делом чести наказать их за смерть товарищей и нанесённые разрушения.

И в память о погибших на войне предках добить вновь поднявшую свою голову фашистскую птицу.

Когда приятная беседа, перешедшая в допрос, закончилась, Максим облегчённо вздохнул. Он вежливо попрощался с Викторией и, стараясь сдерживать нетерпение, степенно, как ему казалось, вышел из кабинета.

Когда посетитель удалился, молодая женщина сердито фыркнула:

– Ну, какой наглец!

Легкий румянец заиграл у неё на щеках. Удар магическим мечом сильно задел её самолюбие. А может быть то, что Максим сразу после завершения допроса пулей вылетел из помещения.

– А чего ещё ты ждала? – спросила себя Виктория.

Будучи опытным магом-псиоником, она быстро справилась с нахлынувшими на неё эмоциями, приказала себе сосредоточиться и принялась анализировать полученную в ходе беседы информацию. С первых минут общения с Максимом она интуитивно почувствовала, что парень чист. Такой наивный и отчаянно смелый!

Остановив свой взгляд на нежно розовых цветах недавно расцветшей в стильном декоративном горшке азалии, Виктория надолго задумалась.

– Но, всё же, нацист его пощадил! – наконец вслух произнесла она.

И, хотя ей не удалось в ходе разговора с молодым мужчиной уловить ни намёка на сговор и предательство, она все же решила рекомендовать временно отстранить наблюдателя Ордена техномагов Максима Орлова от службы до завершения расследования.

Глава 5. Мюнхен, 1926 год

Густой насыщенный запах свежесваренного пива, традиционных баварских колбасок и кислой капусты, стоявший в знаменитой на весь Мюнхен пивной на улице Таль, был великолепен.

Официантки, одетые в национальные немецкие платья, ловко скользили между плотно стоящими добротными деревянными столами и сидящими за ними оживлённо жестикулирующими посетителями, держа в руках крупные подносы, заставленные большими стеклянными кружками с ароматным пивом и тарелками с едой. Вечер стоял воскресный, и поэтому заведение было забито до отказа.