Новая Зона. Синдром Зоны

Вздохнув и поболтав на свету остатки сухого испанского, я не стал доливать их в стакан, а принял прямо так, методом «горниста». Эх, Пеночка… псионик ты наш, дитя Зоны. Дичаешь без живого общения, отдаляешься. И проблема не в сотнях километров до тех земель, где ты охотишься и отдыхаешь, нет – мысль, правильно собранная и отправленная, долетит. Раньше-то мы нормально общались, сама сколько раз меня звала, бывало, сутками на связи. Ведь это ты меня научила там, в Зоне, и когда с того света вытаскивала, и потом, когда берегла нас на гранях мира.

А теперь или вообще не дозовешься, или вот так. Забирает тебя Зона у нас, ревнует, видно. Не хочется даже думать, что однажды ты меня просто не услышишь.

А пока пяток говяжьих стейков на большую сковороду, и прожарить как надо, крепко, с корочкой, но не в подошву – нет, никак не приучу я себя к правильной готовке этого блюда. Представив укоризненный взгляд Яковлева – «что ж ты с мясом творишь, ирод?!», – я усмехнулся и добавил жара: что поделать, если любим мы «неправильный» стейк.

Порубил в отдельную посудину маленький кочан китайской капусты и занялся острым соусом. Да, не полезно. Да, не бывать мне шефом какого-нибудь «стейкхауса», но горячий, обжаренный до хруста лавашный «конверт» с нарезанным в соломку плотным мясом, домашним соусом, овощами и свежим халапеньо тонкими колечками – именно то, что любит Хип после трудного денька. Да и я, чего греха таить, разделял подобную любовь к странной пище. Семейный рецепт теперь, да.

Входная дверь стукнула, когда я уже заворачивал последний «конверт».

Ну, удачно пришла, как раз к горячему.

– Привет, Лунь!

– Здравствуйте, товарищ диджей. Картошка готова. Садитесь жрать, пожалуйста.

Хип. Не, совершенно не меняется девчонка, хоть и за двадцать уже, а все та же, как и Пенка.

– Совсем не растешь, стажер. Кушаешь плохо. Тощая, однако, – сказал я как можно печальнее и, подпустив холодной критики во взгляд, осмотрел девушку с ног до головы. – Никуда не годится. Скоро от своих радиоволн качаться начнешь.

– Это я-то плохо кушаю? – И смех, и веснушки на носике, светло-русая, чуть высветленная крымским солнцем коса. – Смеешься?

И тут же прыжок, захват за шею, уверенный такой, повисла на плечах. Да, тоненькая, но сила вполне ощутимая у стажера имеется. В форме, скажем так. Перехватив Хип, как чемодан, под мышку, понес на кухню.

– Как день прошел, диджей?

– Да нормально. Жаль, попсы много стало, и ведь надо продвигать.