«Я гибну, но мой смех еще не стих», или Сага об Анле Безумном. Книга первая

Но тут подоспел Буривой конунг с гридями и напал на северян, когда они этого не ждали.

Возглавив своих людей, Хельги и Анлаф храбро двинулись на вендов и даже потеснили бойцов конунга, пока им в спину не ударили жители Рерика. Тогда многие даны пали духом и лишились отваги. Не слушая вожаков и бросив товарищей, они кинулись к ладьям и попали в руки врагов. Венды же погнали одних, как бессмысленный скот, назад, а других, кто не мог идти сам, забивали до смерти своими топорами и палицами. Видя, какая судьба их ждет, Хельги и Анлаф яростно сражались с последними воинами.

А когда остались одни, уперлись спиной к спине и отбивались от вендов, точно матерые волки от стаи дворовых псов.

Хельги крикнул:

– Знать, пришло время, брат!

И ветер ответил:

– Одна судьба – одна смерть…

В это время один из вендов бросил копье, и оно пронзило Анлафа насквозь так, что его острие ранило Хельги в спину. Сын Торбьёрна обернулся подхватить побратима, и враги, налетев со всех сторон, опрокинули его на землю.

Буривой конунг велел подвести того, кто не бежал, а бился до конца. Правитель вендов ростом был выше Хельги, так же широк в плечах, с длинным клоком волос на бритой голове и густой бородой, в простой рубахе, но в доброй кольчуге. Смерив Хельги взглядом, он кивнул своим мыслям и беззлобно сказал:

– Вы, даны, все те же: за свое зло не платите, за чужое берете сторицей.

– Это – дело твое и моего конунга, – отвечает Хельги. – Разве может рука отказать голове?

Буривой конунг снова кивнул и громко объявил:

– Ты храбро бился с нами и, верно, храбро умрешь.

Прежде чем пойдешь в дар Святовиту[53 - Святовит (Свентовит) – верховный бог ободритов.], можешь изъявить последнюю волю.

– Как вы, венды, казните пленных? – спрашивает Хельги.

– Каждый, кто обречен Святовиту, – с блеском в глазах говорит конунг, – отдается в руки его служителей. Они наряжают избранных в белые одежды и украшают их головы венками. Затем приводят на берег священного озера и умоляют нашего бога принять их в дар от его детей.

Получив некий знак, они их закалывают и погружают в воду. Это – красивая и почетная смерть!

– Такая легкая смерть не для меня, – говорит Хельги. – Я бы хотел, чтобы твои люди врыли в землю столб. По одну его сторону встану я, по другую – Анлаф. Поднесите к столбу дрова, а к дровам – огонь. О другом я просить не буду.

Буривой конунг подумал и ответил:

– Я никогда не поступал против нашего обычая. Но твои слова сильно подивили меня.