История моего камня

Ну а как узнала, что я поступил в училище, сразу же пресекла все малейшие ухаживания: «Я не стану встречаться с тобой, Коленька! Неужели ты думаешь, что у нас будет что-то общее?! Лучше я умру, чем стану женой красного командира. Никогда! Ты слышишь? Никогда я не прощу их за то, что они сделали с моим отцом и нашей семьей».

Вот такая была гордая и решительная девушка. Воистину из благородных. И эта ее недоступность делала мою любовь, мою страсть еще сильней и безумней. Иногда мне в голову приходили фантастические, дикие мысли.

Дедушка посмотрел на меня:

– Что, Коленька, не ожидал услышать такое от меня?

– Почему? Ты прошел войну и много чего еще. Я всегда думал, что ты человек необычной судьбы. Мог бы и раньше рассказать мне свою историю.

– Не спеши, Коленька! Сама история еще впереди.

Дедушка разлил коньяк по рюмкам.

– Давай-ка, внучек, еще коньячку выпьем, а то что-то в горле пересохло. Да и разволновался я из-за воспоминаний.

Вот так я и жил в то время, как будто в наваждении. Все время, даже на службе, грезил о Наденьке, о своей несбывшейся любви.

А тут этот обыск! Когда он закончился, генерала увезли в тюрьму, а нас доставили в часть. Я же был младшим офицером и жил в казарме, как и мои сослуживцы. Помню, было уже утро, часов пять. Все устали и пошли спать, а я закрылся в туалете и только там смог безбоязненно рассмотреть, обладателем чего я стал этой ночью.

Вот, полюбуйся.

Дедушка бережно открыл крышку. Руки его немного дрожали, но глаза при этом светились торжеством. Через мгновенье он извлек из коробочки крупный, очень крупный камень.

Рубин! Восхитительный рубин! Огромный! Красно-алый, завораживающе сияющий! Он буквально излучал свет вокруг себя. Притягивал мой взгляд.

Все вокруг сразу же померкло. Мир перестал существовать. Вернее, сосредоточился весь в этом камне.

Молча и изумленно я смотрел на него, не в силах отвести глаза.

– Ну что? – Дедушка положил камень в коробочку, но не закрывал ее. Он вопросительно посмотрел на меня. Было видно, что он тоже взволнован. – Впечатляет?

– Да! – еле выдавил я из себя. Этот камень ошеломил, как будто даже придавил меня к стулу.

– Налей себе еще коньяку, так будет легче, – дедушка протянул мне бутылку. – Я-то знаю, о чем говорю. Я в первый раз тоже дара речи лишился.