Пленники Зоны. Гонка преследования

Но осторожный, инакомыслящий командир группировки отказывал, о чем-то постоянно размышляя и теребя ус. Треш снова и снова злился, терзался в душевных мучениях, искал выходы из сложного положения, даже пытался сбежать, однажды почти вырубив Сивого. Его изрядно поколотили, бросили в карцер, наказали едой и водой.

Так протекли эти полмесяца.

И теперь ему выпала возможность начать все сначала, с нуля. Выжить на закрытой, аномальной, кишащей тварями и врагами территории, восстать из ада и снова стать личностью, вернуть свое легендарное имя.

Или завоевать его. А для этого догнать Шрама – единственный источник информации о Злате и о портале, разыскать их, понять причину всего произошедшего, найти выход из Зоны, из этого времени и места.

«Где же ты, отец? Где ты, Истребитель, Страж Армады? Где Орк? Лучник? Где ты сама, Армада-а? Что это, новое испытание или наказание за какую-то провинность? Я же… Золото. Я доставил твое золото, Армада. Или… или почти доставил… Ничего не помню, не понимаю! Жесть какая-то.

Полный треш…»

Сталкер не заметил, как уснул. Прямо между валунов, свернувшись калачиком, с рюкзаком под головой, спрятав руки под мышками. Усталость взяла свое, она пока победила…

* * *

Буцефал ткнулся мордой в шлагбаум, чем вызвал сначала испуг задремавшего на КПП часового, а затем переполох и на всей базе. Прибежавшие Мамонт и Сивый с недоумением разглядывали взмыленного коня, падающего от усталости, и с ужасом обнаружили на его холке и спине подтеки крови.

– Это не кровь твоего скакуна, – со знанием дела сообщил Сивый, проведя пальцем по шее коня и пробуя на язык бурую субстанцию. – Да и ран у него не видно.

– Все понятно, – Мамонт недовольно сморщился, успокаивая животное в своих объятиях. – Хана этому псевдостражу. Эх-х, мать его… Сивый, тащи мне КПК, буду вызывать Короеда…

* * *

Утро нового дня в Зоне принесло прохладу телу и ясность уму. Треш поежился, приходя в себя, встрепенулся, вскочил и стал озираться.

Как он вырубился, как мог, если кругом зло и смерть?! Ни ночные звуки, ни голод, ни твердое неудобное ложе не пробудили его, а вот лучик солнца, прокравшись через еловые лапы крайнего на гряде дерева, смог пощекотать лицо сталкера и вернуть его в явь.

«А если Выброс? Тогда бы и закончились мои злоключения!» – пришло в голову, пока взор сканировал местность, вернувшуюся из ночной темени.