Пленники Зоны. Гонка преследования

 – И уже в сторону проходившей мимо тетки Глафиры бросил. – Как вкусно у вас здесь пахнет! Никак вашими фирменными пирожками с рисом и мясом?

Женщины, точнее, часть их, любят комплименты и умеют отличать слащавые подлизывания от истинных дифирамбов. Тетка Глафира к блондинкам не относилась, поэтому своим хозяйским женским чутьем не заметила фальши в словах незнакомца, расплылась в довольной улыбке и развела руки в полном радушии:

– Милости просим к нашему шалашу! Пирожки готовятся к ужину, но могу сварганить и на полдник.

Всегда приятно накормить приятного человека. Правда, тебе, мил незнакомец, неплохо бы перышки почистить да побриться. Наверху есть свободная комнатушка. И даже душ найдется.

– О-очень буду вам признателен, Глафира Михеевна! – парировал Треш, заранее у охраны узнав нужную краткую информацию о владельцах бара, чем вызвал еще больший респект у женщины, никогда не слышавшей к себе обращения по имени-отчеству. – С этой бородкой и без галстука совсем чувствую себя козлом. Не сочтите за труд подготовить мне большую… обязательно большую подушку и только с хрустящей, свежей, белой наволочкой.

Признаюсь, не терплю во время сна маленьких грязных комочков под головой, называемых в гостиничных комплексах подушками.

– Оформим в лучшем виде, парень… э-э…

– Треш. Данила Топорков, если угодно!

Позади них громко упала и покатилась по полу бутылка. Обернувшись, сталкер заметил бледное, несколько испуганное лицо одного из клиентов бара. Тот спохватился, перехватив взгляд следопыта, и поспешил отвернуться, торопливо поднимая упавшую стеклотару.

Что-то знакомое или, может быть, необычное показалось в лице этого человека. Треш прищурился, закусив губу и пытаясь вспомнить, где видел его, но Кузбасс отвлек сталкера.

– Чем докажешь свою невиновность, Треш?

– Невиновность в чем, уважаемый? На мне нет никакой вины. Направлен Мамонтом на поиски Ростика и Шрама, схватившего этого мальчугана. А то, что Мамонт нарочно закидывает в сеть Зоны противоположную инфу обо мне, так это происки его хитровы…мученного ума и его хитрожопого Сивого.

Прошу прощения, не при дамах!

Треш кивнул тетке Глафире, которая усмехнулась и потопала наверх по скрипучей, но массивной винтовой лестнице. Люд местный все так же продолжал лицезреть назвавшего себя не только по прозвищу, но и по имени-фамилии путника, что считалось в Зоне редкостью и плохим знаком, так как она всегда выбивала новичков, раскрывших свою истинную натуру, свои ФИО.