Экстергейзер

Собственного равнодушия к тем, кто ему неинтересен, Виктор не замечал. Равно как ускользала от его внимания прячущаяся глубоко в душе гордыня, щедро питаемая его исключительными способностями.

Но более всего Брант не осознавал своей силы – пусть не физической, но моральной – которая очень далеко выходила за грань понимания обычных людей и, отражаясь в его взгляде в момент гнева, приводила их в трепет.

Не польстило бы Виктору и то обстоятельство, что механик безошибочно угадал в нём выходца из фермерской семьи.

Он ничуть не стеснялся своего происхождения, но люди, называя кого-то «сыном фермера», имели в виду не фактический род занятий его родителей, а то, что человек похож на простака. Удивительно, но вопрос собственной внешности стал для Бранта источником комплексов и тревог во вполне уже зрелом возрасте, хотя в юности абсолютно не беспокоил его.

Брант был среднего роста и вполне обычного телосложения.

Регулярно заниматься поднятием тяжестей он начал лишь в Академии, когда сдружился со штурмовиком Фарном.

От этих занятий мышцы Бранта изрядно окрепли и обрели вполне приличные формы, но под одеждой оставались практически незаметными. До настоящих атлетов, таких как Фарн, с необъятной грудной клеткой, мощной шеей и толстенными запястьями, Виктору было очень далеко.

Лицо Бранта вполне можно было бы назвать красивым, если бы не полное отсутствие каких-либо запоминающихся черт. Отдельно изображения его носа, губ, голубых глаз, подбородка или даже ушей вполне уместно смотрелись бы в каталоге пластического хирурга, и нашлось бы немало желающих примерить что-то одно на себе.

Попади Брант в руки одного из известных специалистов по имиджу, обслуживающих знаменитостей, и тот вероятно покрасил бы его брови в чёрный цвет, лицо напудрил до мертвецкой бледности, а волосы оттенил и сделал мелирование.

Получился бы идеальный образ кумира девочек-подростков.

Но у самого Бранта подобное перевоплощение могло вызвать только приступ тошноты. От казавшегося ему недостатка мужественности в своей внешности он страдал даже больше, чем от её простоты. Покорить ему хотелось одну-единственную самодостаточную и яркую женщину, которая со своей стороны не проявила взаимности, и Виктор тщетно пытался понять, чем же он плох. Недостатки внешности казались ему одним из возможных объяснений.