Экстергейзер

В это время Брант даже не задумывался, как пристально наблюдали за его действиями в главной рубке «Величия Дивеса». Большой радарный корабль давал возможность адмиралу Гилберту и его свите фиксировать выброс энергии при попадании ракет и тем более взрыв корабля, если таковой происходил. А потому в правдивости донесений Бранта никто не сомневался.

– Этот пилот просто феномен! – сказал Гилберт стоявшему рядом Шутенбергу.

– Да, очень способный молодой человек! – ответил тот.

– Прикажите ему атаковать корабли, защищающие выход из тоннеля, а я отдам приказ начать боевое построение! – неожиданно для многих скомандовал адмирал.

 – Я принял решение вторгнуться в соседний слот!

Известие, полученное от Шутенберга, прозвучало для Бранта сладкой музыкой. Невзирая на риск, он принялся атаковать четыре сторожевых корабля и выполнил задание, хотя для этого ему потребовалось целых шесть раз вернуться на свой крейсер. Магры выставили заслон из двух сотен истребителей и встречали каждый выпад Бранта стеной огня из пушек и ракет.

Но это не помогло им уцелеть, и когда второй флот людей беспрепятственно появился в соседнем слоте, у противника осталось чуть более десяти крейсеров. При четырёхкратном преимуществе сил Конфедерации любое сопротивление магров было обречено на провал. Запасного варианта у противника, похоже, не было. А может быть, магры опасались, что предпринятый прорыв продолжится движением второго флота вглубь их пространства. Так или иначе, они приняли неравный бой и были разгромлены, не имея ни единого шанса на победу. Люди же потеряли лишь один крейсер, и ещё четыре получили повреждения разной степени тяжести.

Адмирал Гилберт был вне себя от головокружительной победы. Лицо его озаряла по-детски непосредственная улыбка, а сам он буквально подпрыгивал от радости. В отличие от Вероны, не менее самолюбивый Гилберт умел ценить и чужие заслуги.

– Честное слово, – клялся он невозмутимому Шутенбергу, – я лично прослежу, чтобы у Бранта было блестящее будущее! Будь у меня больше таких пилотов, я бы погнал магров, как собака гонит зайца! Каков мерзавец, а?

Макс кивал, улыбаясь лишь уголками губ.

Он понимал, что время восторгов ещё не пришло. Приближающаяся опасность была значительно серьёзней той, от которой удалось избавиться. Хотя положение из критического перешло в просто неудобное.

Подчинённые один за другим поздравляли адмирала.

Все думали, что атака соседнего слота – это его идея.