Экстергейзер

Висальски тепло попрощался с пилотами и вернулся в свою каюту. Там он достал квантер и сделал пометки «пилоты на крейсере употребляют алкоголь сверх всякой меры» и «Брант замечен в нарушении дисциплины».

Нужно было сделать следующий шаг. Общаться с капитаном Олдманом не имело никакого смысла, если куда более искушённый Верона не смог его расколоть. Встречаться с самим Виктором Брайну хотелось меньше всего. Оставались два человека: местный координатор и начальник службы режима.

Брайн решил начать с первого, тем более что требовалось получить запись показаний радаров и протокол боя.

С пилотами Висальски общался исподтишка, для координатора же он приготовил другую тактику. «Я буду действовать жёстко! Раздавлю, запугаю!» – думал он, пока, явившись на вахту, не увидел, с кем придётся иметь дело. От одного вида Питера Бада спеси у Брайна сразу поубавилось.

– Координатор Бад? Я Брайн Висальски, расследую обстоятельства боя, в котором участвовал ваш корабль.

– Садитесь, – кивнул Бад на стул.

– В рапорте написано…

– Я читал рапорт! – бесцеремонно перебил Брайна Бад.

 – Там всё описано предельно точно. Можете сразу переходить к другим вопросам.

– Хорошо, – сконфузился Висальски, сбитый с толку столь откровенным пренебрежением к своей уважаемой, как он думал, персоне. – Что вы скажете про Виктора Бранта?

– Великолепный пилот, преданный солдат, исполнительный подчинённый! – ни секунды не думая, отчеканил координатор.

– И всё?

– А вы хотите, чтобы я сказал вам, блондинок или брюнеток он предпочитает?

– Брюнеток! – абсолютно неожиданно для себя выдал Висальски и тут же понял, что прокололся, поймав на себе цепкий взгляд Питера Бада.

– Вижу, вы с ним знакомы. Учились в одной Академии?

– Это не имеет отношения к делу, – ответил Брайн, стараясь сделать непроницаемое лицо. – Я бы хотел получить записи радаров и протокол боя.

– Разумеется, – согласился координатор пристально глядя на собеседника, а по лицу его скользнула едва различимая улыбка.

Покинув помещение вахты, Висальски испытал чувство огромного облегчения.

Бад преподал ему хороший урок, наглядно продемонстрировав, как наглость и хорошие связи могут легко уступить опыту и крепости духа. Спина Брайна взмокла, а на плечи навалилась усталость. Но он непременно решил закончить все свои дела на «Адмирале Юрме» в тот же день. На утреннем построении должен был появиться Брант, а случайной встречи с ним Висальски не хотел, как не хотят люди бередить неприятное прошлое.