Магия воды

Разоренные селения, дети сироты… вы этого хотите?

– Ребят, вы предали свою королеву. Устроили переворот. Пытаете самых верных подданных. Но пытаетесь на меня переложить ответственность за то, что будет происходить, – Питер открыл глаза, и с иронией поглядел в темноту под клобуком – туда, где были скрыты глаза предателя, – знаете, наверное, маньяки – убийцы, когда остаются наедине с собой, в темноте или перед смертью, тоже находят себе какие-то оправдания.

Фигуры в балахонах промолчали.

– Пригласите мастера! – Крикнул Лаврентий, обернувшись в сторону массивной деревянной двери, окованной ржавым железом.

Загремели цепи, заскрипел засов, дверь с протяжным стоном отворилась. В пыточную вошел худой высокий человек в белой хламиде. В руке у него было нечто вроде деревянного венчика. В широко распахнутых глазах человека метались отсветы огня в жаровне, тонкие губы были плотно сжаты. Он подошел и встал рядом с чиновниками в балахонах, разглядывая распластанного на «столе» Питера.

– Приступайте, – сухо бросил Грегор.

Мастер, не говоря ни слова, подошел к изголовью Питера, и водрузил конструкцию, напоминающую венчик, ему на затылок.

– Мы же говорили – мы не варвары, – в голосе Лаврентия слышалось неприкрытое ехидство, – сталкивались, наверное, уже? Новая технология. Прямое извлечение памяти. Тончайшая магия, на стыке некромантии и темпоральных исследований.

Во взгляде Питера появилась тревога. Какое-то время он следил за манипуляциями мастера, потом закрыл глаза.

Мастер что-то забормотал; вокруг деревянного венчика появилось голубоватое сияние. Все мышцы в мощном теле охранника вдруг напряглись разом. Кожаные ремни подозрительно затрещали, заставив предателей переглянуться. Это продолжалось минуту, две. По тонкому лицу мастера покатился пот, он лихорадочно бормотал какие-то заклятия – но Питер оставался неподвижной блестящей статуей. Наконец, голубоватое сияние на венчике стало мигать и гаснуть.

– Что случилось? – Спросил Грегор раздраженно.

– Он… он сопротивляется! – Жалобно пропищал мастер.

– Как… сопротивляется? Разве это возможно? – Растерянно пробормотал Лаврентий, – мне докладывали, что технология не знает отказа!

– Она и не знает – если речь идет о людях. А этот, – он кивнул на по-прежнему напряженного и неподвижного Питера, – маг. Стихийный, судя по всему. Скорее всего, земляной.

– Маг? В ближайшем окружении королевы? – Удивился Грегор.