Облачные Люди

– Возможности – это обязанности, а не права, – сказала она, вздохнув, – я видела слишком много наших, которые считали наоборот… поверь, это очень печально. Очень. И… не стоит оно того. Вообще не стоит.

– Ну я же не говорю о беспределе. Я говорю о справедливости.

– А где граница, Серёж? Ты её знаешь? Или я? Сомневаюсь…

– Ты же понимаешь, что тебе предстоит сейчас сделать, да? – Спросил я, – в чём разница?

– Разница в том, Серёж, что сейчас я буду спасать жизнь, – ответила Ирина, – а не вершить собственное правосудие.

– Не хочешь говорить, что он натворил с тобой? – Я всё-таки решился задать прямой вопрос.

Ирина не сразу ответила. Посмотрела себе под ноги, снова пошла вперёд, в задумчивости.

– Да, по большому счёту, я сама виновата, – наконец, сказала она.

– Работали вместе? – догадался я.

– Ага, – кивнула Ирина, – я главбухом была. В больнице. Много лет. А потом, знаешь, эти реформы, сокращения, укрупнения… нашему директору обещали тёплое место в области. А остальные – выживай как хочешь.

Вот я и написала письмо, на самый верх, по этой ситуации. Комиссия приезжала. Его докладную записку разбирали. В общем, надавали по шапке… но у него связи в области хорошие. Сокращение временно отменили. А меня вывели за штат… так и продолжалось где-то полгода. А потом он ко мне подкатил, вроде как, всё что ни делается, к лучшему, и давай возвращайся. Я и поверила, дура. А ещё через полгода он попросил об одном одолжении… а мне знаешь, как достало сидеть без дела? Вот я и пошла на сделку с совестью. Ради отношений да тёплого местечка… решила, что хватит подвигов в моей жизни.

– Подстава? – спросил я.

– Ага, – Ирина кивнула, – по классике. С фиксацией. И то – меня не сразу взяли. Я с дуру ещё бегать взялась. По родственникам отсиживалась… уже тогда поняла как-то, что в жизни не всё так просто, как мне думалось. Дожила до седых волос – а всё считала, что родственные связи да друзья что-то сами по себе значат, без денег да одолжений. Когда у меня всё было – все вокруг ходили, ну, сам понимаешь, теплота, любовь и понимание.

А попала в такое положение – и вот… разве что ноги не вытирали… впрочем, я сказала уже – сама виновата. Ведь чуяла неладное. Но не хотела себе верить.

Помолчали. Уже возле машины я спросил:

– Ирин, дети есть?

– Сын, – ответила она, – вахтами работают. Ему мои проблемы тоже, – она махнула рукой.

– Муж ушёл или умер?

– И то и другое, – она горько усмехнулась, – сначала ушёл, а потом и умер.