Солнечные звери

Но Алина невозмутимо прицелилась. И изящным движение метнула нож.

Она промазала совсем чуть-чуть – на пару сантиметров. Тварь, на которой была бомба, успела чуть пошевелить головой; достаточно, чтобы лезвие не вошло в глазницу.

Но тут вмешался я. Поймав нож, я чуть повернул рукоятку. И вогнал лезвие в левое ухо зубастой твари.

В кабинете службы безопасности нас продержали два часа. Пока не прибыли мои коллеги.

– Сергей Александрович, предлагаю выделить пару ребят из «тяжёлых» на охрану, – сказал Артём, оперативник из объектового отдела по транспорту, – я запрошу?

В любое другое время я бы отказался.

Но теперь, вспоминая свои ощущения в то время, как террорист приближался к Алине с сыном, я только согласно кивнул головой.

– Да, спасибо. Не помешает.

– Завтра заедете в аппарат? Могу дать подтверждение?

– Конечно, – ответил я, – без проблем.

– Спасибо, – кивнул Артём.

– Тогда мы поехали? – я поднялся с неудобного кресла и потянулся. Ноги неприятно затекли.

– Охрану будете дожидаться?

– Пускай к дому прибудут, хорошо? Доберёмся как-нибудь сами.

Артём нахмурился на секунду, но потом согласно кивнул.

– Я бы не рекомендовал, но понимаю вас. Если ребёнок проснётся – будет тяжко.

Я улыбнулся в ответ.

Аэропорт снова жил обычной жизнью. Зал прилётов наполнился встречающими. Разве что охранники были непривычно хмурыми и сосредоточенными.

– Как ты? – спросил я Алину; она всё так же держала сына на руках. Я толкал перед собой пустую коляску.

– Нормально, – холодно ответила она и тут же добавила: – блин, Серёж, что это было?

– Хотел бы я знать…

– А вот я совсем бы не хотела.

– Завтра скатаюсь на службу. Протокол экспертизы должен быть уже готов. Узнаю, что и как.

– Мы договаривались, что ты с Пашкой останешься, – заметила Алина, – мы с подругами встречаемся, помнишь?

Действительно, я уже забыл об этой договорённости. Перед отлётом обещал посидеть денёк дома с сыном. Конечно, в любой другой семье встал бы вопрос о няне – но я попробовал как-то раз заикнуться о такой возможности.

И нарвался на суточный «бойкот»: ровно столько Алина не разговаривала со мной.

– Извини, но придётся отменить, – ответил я.

– Из-за какого-то психа террориста?

– Ты сама видела эту тварь. Какой псих? Какой террорист? Это, во-первых, – ответил я, – а во-вторых, он направлялся к вам. Вы были целью.

– Ты серьёзно? – Алина посмотрела на меня, удивлённо подняв правую бровь.

– Поэтому я и засёк его.