Свой в своей стране

Чтобы выполнить в срок программу, нужно было реально и много работать, а Пашка-то к этому особо не привык. Точнее, он считал, что реально много работает, только большая часть времени у него уходила на то, чтобы угадывать мои желания, а вовсе не на то, с чем его департамент реально должен был иметь дело.

Для реальной работы у него была пара толковых замов. Ребята без роду-племени, ничьи дети, которым просто повезло оказаться рядом в нужный момент и немного продвинуться.

Вот с ними-то мы и порешали вопрос по докладу.

То, что это хмырь пойдёт в полный отмороз и решится на убийство, я, чего греха таить, не предполагал. Не ожидал, что он настолько привык адаптироваться, что окончательно лишился хоть каких-то моральных ориентиров.

Ведь, что удивительно, у него это дело вполне могло выгореть. Разметало бы меня кровавыми ошмёточками, освободилось бы местечко, а нужные связи на себя замкнуть он бы точно сообразил как.

А я ведь не подстраховался на такой случай, чтобы до заказчика точно докопались. Так что никто и копать бы не стал.

Повисел бы очередной громкий висяк какое-то время, да и списали бы его с подразделения, чтобы статистику не портить.

К тому же, исполнитель попался достаточно грамотный. Просчитал мой график, нашёл слабое место в охране. И всё бы у него было тип-топ.

Только вот я всё это время таскал с собой тех ребят, которых тогда на набережной встретил. Сам не знаю почему: чуял, будто они что-то вроде оберега для меня, и лучше бы им поближе быть, пока я дела разруливаю.

Я забрал их из Музеона, где они гуляли, пока я дела разруливал, и мы поехали ко мне в Заречье. По дороге молчали, каждый о чём-то своём думал. И вот, когда я уже завернул на подъездную, Даниил, значит, кладёт мне ладонь на плечо и спокойно так говорит: «Притормози, пожалуйста».

В этот момент со временем какая-то ерунда началась. Говорят, так от сильного стресса бывает – не знаю, ничего подобного раньше не испытывал, хотя стрессов у меня было ого-го!

Я плавно нажал на тормоз и чуть отвернул влево.

Руль показался необычно тяжёлым. Я даже успел подумать, что усилитель накрылся и теперь на сервис надо. Но тут меня сильно потащило в сторону, как бывает при резких манёврах.

Повернувшись к Даниилу, я хотел что-то сказать насчёт этой странности, но тут перед нами вдруг начал вспухать асфальт.

Натурально: это выглядело так, как будто из-под земли что-то прорывалось. В трещинах полыхнуло оранжевым.

Обалдевший, я открыл рот и наблюдал за этим зрелищем.