Подземное урочище страха

– Псы натасканы на запах ружейной смазки и пороха, они не пропустят, даже услышав секретное заклинание, а при входе в пещеру и ножи снимем, к старцу нельзя с холодным оружием.

По тропинке было идти нетрудно, поэтому они быстро достигли середины горы, где за поворотом тропы им открылась дивная картина: вдали виднелся вход в пещеру, а всего в десятке саженей (чуть более 21 м) от поворота на изумрудной траве лежали два огромных пса. Животные сильно заросли шерстью, а челка ниспадала на глаза, поэтому не видно было, куда они смотрят.

Увидев людей, исполины грациозно потянулись, приняли угрожающую стойку и рыкнули так, что эхо побежало по горе, один из них был черен, как смола, а второй – белый как снег. В холке огромные волкодавы были не менее двух аршин (1,42 м), мощное тело вибрировало от напряжения, огромные пасти были раскрыты. Клыки, которым позавидовал бы и пещерный медведь, угрожающе оскалены, но четвероногие охранники не приближались, а ждали непрошеных гостей, изготовившись к нападению.

– Иди спокойно, но в глаза им не смотри, резких движений не делай, даже после заклинания они опасны для незнакомцев, могут кинуться без предупреждения, – шепотом предупредил ветеран молодого спутника.

После этого он издал несколько гортанных звуков, а потом нараспев произнес фразу, смысла которой Микула не смог понять, как ни вслушивался, видимо, Воило говорил на старорусском языке.

Грозные охранники немного успокоились, сели по бокам тропинки, внимательно наблюдая сквозь густые челки за каждым движением гостей.

Поведение пришельцев не внушало опасения, поэтому они спокойно улеглись на прежние места, как только ветеран и молодой охотник их миновали.

Около входа Воило остановился и снял пояс вместе с ножом, а Микула повторил его действия, достал и нож из-за пазухи, который всегда висел на ремешке в ножнах из мягкой кожи олененка и не раз спасал его жизнь в трудных обстоятельствах. Только освободившись от всего, что могло расцениваться, как холодное оружие, они медленно вошли в пещеру.

Пройдя извилистым ходом шириной не более сажени, а в высоту вдвое больше, они попали в большую пещеру. В дальнем углу перед очагом сидел на шкурах старец и мерно раскачивался, что-то бормоча себе под нос.

– Будь здоров, уважаемый, – тихо произнес Воила и поклонился, а Микула молча повторил движение ветерана, потому что знал, что в беседу старших младшим негоже вмешиваться.