Нью Зиланд

Под левым глазом шрамик, воспоминание о «войнушке», в которую играли палками. Вместо волос рыжая проволока, которую, сколько ни расчесывай, не распрямить.

На кухонном столе ждали чай в красной кружке NESCAFE и два бутерброда – с колбасой и с сыром. По фаянсовой тарелке шла тонкая серая трещинка. Зазвенел будильник. Женя, как обычно, забыл его выключить. Позавтракав, он натянул алиэкспрессовскую толстовку «суприм» и нехотя пошел в школу.

В октябре даже Ананьев красив.

Погода сухая и солнечная.

Воздух прекрасен, как железнодорожный рельс: холодный и плотный, звенит и блестит. Деревья точно расстреляли из пейнтбольных ружей! Клены красные, желтые и оранжевые. Березы – что ни выстрел, то охра. Рябины багрятся. Целый год город жил, как выцветший фотоснимок, но зато на целый месяц его залило радугой. «Мороз и солнце». Заезженные школой строчки вдруг очистились от лишнего и стали ясными и понятными. Легкий, как паутинка, пар вырывался в стылый октябрьский воздух. Солнце жгло листву горячими красками.

Женя не торопился. Первым английский, по которому отвечать неподготовленный топик (ему досталась Новая Зеландия). Сегодня и вовсе хотелось раствориться в тонком солнечном свете. Из-за детского поверья он переступал трещины на асфальте: наступишь – родители умрут.

За гаражами у школы толпились старшаки. Пропуск сюда простой – быть не младше девятого класса. Здесь курили и всласть матерились, про запас на долгий школьный день, когда придется вести себя по-до-ба-ю-ще.

«Да, Марьалександровна. Нет, Иваналексеевич».

С ними был Бор. Такого видно издалека: бритая башка и «бомбер» с ярко-оранжевой подкладкой. Мозги такие же бритые. Вслух никто не решался называть бугая полной кличкой. Зубоскалов Бор обламывал громоздкими, как банки соленых огурцов, кулаками. Но и с ним можно сосуществовать, следуя простой инструкции: «Не отсвечивай».

– Кал-линичев, здорово! – заметил его Бор.

– Привет! Как дела?

– Ха, как мать родила! Слышь, не в службу, а в дружбу, дай полтос.

Гомон стих. Даже одноклассники поспешили в школу. Парни подхватили рюкзаки девчонок и нырнули через дырку в бетонном заборе. Женя смотрел, как исчезают спины под стертым граффити о «солях» и «миксах». Оставшиеся быстро дотягивали сигареты, и каждый, кого Женя ловил взглядом, отводил глаза. Инструкция простая.

– Бор, у меня нет.

– Правда?

– Да, совсем ничего, дома оставил.