Запретная магия

В левой руке волшебница держала перед собой блюдце с горящей свечой, а к губам поднесла указательный палец. Тихо, мол, не разбуди никого.

Эван шумно выдохнула и вдруг обнаружила себя, сидящей на кровати. Она смотрела в темноту. В дальнем углу комнаты ничего не видно. Дверь закрыта, потому что нет ни фрау Калиссандры, ни света от зажженной свечи. Что это было? Сон? Всего лишь сон, только отчего он так напугал? Почему у нее спина мокрая? Липкий пот самый настоящий! И сердце колотится, словно хочет вырваться из груди.

– Кто там? – раздался голос Илвет. Она спрашивала сквозь сон.

– Спи, – улыбнувшись произнесла Эван. – Никого нет.

Эван упала на подушку и прислушалась к сопению подруг. Принцесса уже спит, а Тиамет вовсе не просыпалась. Хорошо-то как! И страха нет, его напустил какой-то дурацкий сон. Всего лишь сон! Теперь бы удобней улечься в постели и скорей заснуть. За ужином фрау Калиссандра обмолвилась, что продолжат путешествие с рассвета. Значит, учениц разбудят еще затемно, чтоб успели привести себя в порядок и позавтракали.

Блаженная улыбка сползла с лица девушки. Со двора таверны послышалась жуткая считалочка.

Enna! Onna! Manna!

Раз! Два! Три!

Где ты? Где я!

Я найду! Где ты, там я!

Спина снова покрылась холодным потом. Эван замерла, уставившись широко раскрытыми глазами в потолок. Девушка не шевелилась и не дышала. Она боялась, что любой малейший звук привлечет к ней создание из чужого мира.

Korra! Vorra! Rglora!

Четыре! Пять! Шесть!

Очень хочется мне есть!

А кого мне съесть?

Неведомая сила подняла постели.

Эван не заметила, как оказалась у окна, и узрела то, что боялась увидеть. Девушка закрыла глаза. Пусть оно исчезнет! Пусть это будет видением! Пусть она никогда больше не услышит эти страшные стишки, но считалочка продолжилась. Жуткая, как самый невыносимый кошмар. Она звучала картавым голоском злобного карлика.

Magga! Darra! Garra!

Семь! Восемь! Девять!

Двери отворяй!

Ты за дверь меня впускай!

Глаза открылись против воли.

Сами собой. Эван смотрела на создание из чужого измерения. На кровожадного чудовище! На уродливую голову, кривые ноги-веточки и такие же руки. На горящие красными огоньками глаза. На длинный нос, непропорционально большой рот и столь же большие уши да редкие пучки волос.

Эванс следила чудовищем со смешанными чувствами – со страхом и брезгливым отвращением.