Афганский полигон

В общем, Генрих Мария Шпильман, который успел кое-кого убрать, мог загреметь за решетку лет эдак на сто. Чтобы этого не случилось, он предпринял некоторые меры. Учили-то его на совесть. В том числе и у нас. Обзавелся документами некоего Эрнста Рейке. Устроил пожар, где вместо себя сжег тело настоящего Рейке. И уехал жить на другой конец Германии. После всего этого он вышел на нас, предлагая свои услуги. Растерялся по первости, молод еще был. Да и на новую родину точила обида. Поэтому у нас имеется вся история его жизни до перевоплощения и совсем немного после.

– Ошибки быть не может? – спросил Роман.

Дубинин покачал головой.

– Исключено. Хотя внешность он подкорректировал капитально. На лице имеются микрошрамы от операций. Изменил форму ушей, носа, век. Опознать его по фото невозможно. Другой человек. Но мы идентифицировали его по отпечаткам пальцев. Благо у нас имеется дубликат архива Штази. Дактилоскопический анализ с точностью показал, что это Шпильман.

– Да, – кивнул Роман. – Любопытно. Судя по тому, как он работал, навыков он не растерял. Видно, подвизался все эти годы на прежнем поприще.

– Наверняка. Кстати, в Москву он приехал под именем Макса Клюфта. Менеджер из Висбадена. Документы в порядке. Легально поселился в гостинице.

– Давно приехал?

– Три недели назад.

– Понятно.

– Что тебе понятно?

– Что ничего не понятно.

– Вот именно.

Дубинин прищурился.

– Интересно, кому это ты так насолил, что по твою душу прислали киллера аж из-за границы?

– Бог его знает, – пожал плечами Роман. – Как говаривал Козьма Прутков, и устрица врагов имеет. А у меня их – море. Так что даже предположений нет.

– Ну-ну. Устрица. Пойду доложу шефу, что ты здесь. Застегни ворот.

– Ладно.

– Морозов!

– Есть, товарищ подполковник.

Роман застегнул все пуговички, кроме последней, под самым горлом. Ну, должен же Слепцов понимать, что без галстука на последнюю пуговицу не застегиваются.

Дубинин вышел из кабинета, указал на дверь.

– Заходи.

Роман молча прошел мимо него, чуть задержался на пороге.

Сейчас начнется.

Дверь закрылась.

– Разрешите, товарищ генерал?

– Проходите, капитан, садитесь. Добрый день.

Слепцов вышел навстречу, протянул руку. Роман удивился до того, что даже забыл сострить на этот счет.