Менок. Изумрудная скрижаль. I часть. Племя северных ахеков

Последних же превратила в Ичетиков, чтобы те предупреждали о несчастьях и впредь ни один ребёнок не смог бы утонуть в её омуте.

Ахек поблагодарила Берегиню и попросила забрать и её душу, ей в помощь. Но Дух Воды отказала ей. И она покинула несчастную мать уплыв с младенцем на руках.

Тогда ахек обратилась к Духам Леса, чтобы те забрали её душу. Духи Леса приняли её просьбу и обернули её в Гиану, чтобы та никогда не смогла найти себе мужа и вечно скиталась по лесу напевая грустные песни».

С тех пор проклятье носит название «восемь утопленных и один спасённый».

Тяжелая горечь пронзила сердце Амет.

Её душа не могла найти покоя на Севере её тянуло на Юг. А Юг не мог дать той свободы какую она получила здесь. Её душа была измотана вечными сожалениями. Порой ей хотелось сбежать обратно в тёплые края. К, пока ещё живой, матери, сёстрам и брату. Но она знала, что её опять позовёт Север своим холодным, промозглым ветром. Её мать теперь Вождь Юга, она бы приняла свою Дочь в свои тёплые объятия и укрыла бы своими огненными крыльями от всех бед и напастей.

Руки матери тёплые, а у Сардиса холодные, как лёд. Но его прикосновения горячее солнца, а взгляд греет изнутри. Без него Юг покажется холоднее Севера.

– Что мне нужно сделать?

– В Ночь Совершения, ты найдёшь Оша и его детёнышей на окраине леса, там, где лежат твои предыдущие дети.

Перед ритуалом ты произнесёшь клятву убиения Ошу о том, что не ты виновата в убийстве его детёнышей, а проклятье, которое пало на его детей.

В эту ночь Ош оставит своё потомство и направится к реке. У тебя будет достаточно времени для проведения обряда, но медлить тебе нельзя. По очереди ты достанешь четверых медвежат из берлоги. Возьмёшь шкуру медведя, на которой лежишь, – женщина указала на место, где лежала Амет, – и расстелешь её на земле.

Затем ты выполнишь ритуал переката.

На шкуру ты положишь сначала одного медвежонка и перекатишь его с одного края на другой. Ты увидишь, что он предстанет перед тобой младенцем…

Его взгляд был сонным и немного потерянным.

Младенец смотрел на Амет, и начинал хныкать. Слезинки медленно проявлялись на его глазах. Скорей всего он не понимал зачем его вытащили наружу в холод из его тёплой берлоги. И где его мать.

Амет достала бутылёк с маслом и капнула в рот ребёнка. Через мгновение она увидела, как его большие, невинные глаза постепенно накрывала белая, мёртвая пелена. Слёзы уже не катились по розовому, от холода, личику.