Пленник времени

– Не понял, – произнёс Сорокин, – сейчас температура воздуха не выше, чем +5, и солнце ещё ничего не успело нагреть, откуда такое тепло? Геннадий Петрович, покажите, пожалуйста, где был вход, как вы утверждаете в нишу и, хотя бы примерные её размеры. Ну, там, высота, ширина, – и протянул Генке кусок мела.

Генка постоял, подумал минуту, другую и обрисовал контур входа в предполагаемую нишу.

– Всё, Геннадий Петрович, большое вам спасибо, теперь вы можете быть свободным. Я имею в виду, что можете спускаться вниз, к вертолёту, и там нас подождать.

Погода прекрасная, на небе ни облачка. Мы, как только управимся, тут же спустимся к вам. Да вон он, вертолёт, уже на полянке стоит, совсем недалеко, – выглянув из-за скалы, показал вниз рукой, Виталий Алексеевич.

– Да-да, я не заблужусь, – пробормотал Генка, хотя ему было очень интересно понаблюдать, что же всё-таки будут делать со скалами сотрудники государственной безопасности.

Ещё раз, потрогав гладкую, тёплую поверхность скал, Генка, с тяжёлым вздохом, начал спускаться вниз, к вертолёту.

Вертолёт сверху был хорошо виден, он стоял на зелёной полянке и издалека напоминал стрекозу, присевшую отдохнуть на зелёный листок. Эта была та зелёная ровная полянка, на которой почти два месяца назад стояла палатка четырёх друзей и с которой ночью Антон видел странный зелёный луч.

Часам к пяти вечера к вертолёту спустился Сорокин с двумя молчаливыми сотрудниками. Загрузив рюкзаки, в которых явно позвякивали какие-то приборы, вертолёт медленно поднялся и взял курс на аэродром.

В аэропорту, Сорокин и Генка сели в ту же «Волгу», что привезла их утром, а двое неразговорчивых сотрудника погрузили свои рюкзаки на багажную тележку и остались что-то ждать. Действительно, Генка никогда их больше не видел, и ничего о них не слышал. Когда подъехали к Комитету, Сорокин провёл Генку в свой кабинет, достал из сейфа какой-то бланк и предложил Генке ознакомиться с ним и подписать.

– Геннадий Петрович, эта просто расписка о неразглашении любой информации, касающейся исчезновения вашего друга Антона Горина, – пояснил Виталий Алексеевич, – больше никаких объяснений по этому делу, от вас требовать не будут ни в прокуратуре, ни в милиции.

Соответствующее постановление мы им вышлем. Вы так же не должны обсуждать эту тему со своими родственниками, друзьями, коллегами по работе. Тема эта закрыта, и напрямую связана с безопасностью нашей страны.