Пленник времени

На турбазу идти, смысла нет, уже поздно, да и по такой тропе спускаться, что-то не очень охота. Только промокнешь, да выпачкаешься.

– Конечно, давай здесь, и заночуем, – охотно поддержал Кулаков, – Васильич, только честно ответь, ты есть хочешь?

– Я что-то об этом даже и не думал, – задумчиво произнёс Симаков, – мы как утром чай попили, так больше ничего и не ели.

– Вот и я о том же. В прошлый раз, когда я один ходил в 67 году, тоже есть не хотелось после посещения скал. Как будто энергия в тебя какая-то вливается.

Бодрость появляется. Вот и сегодня мы достаточно много отмахали, да ещё в таком темпе, а усталости не чувствуется, – сказал Генка, доставая и разворачивая палатку.

– Да, ты прав. Я совершенно не устал, но в такую погоду лучше в палатке и внутри спальника быть, чем возле костра. Не будем мы сегодня костром заниматься, да и под елью его не стоит разводить. Ставим быстренько палатку и внутрь, – весело сказал Симаков и стал помогать Генке, устанавливать палатку.

В какой-то момент, Генка зацепился за ветку густой ели вязаной шапочкой, которую не снимал с тех самых пор, когда они были возле скал.

Ветка согнулась, а потом распрямилась и как пружина отбросила шапочку к ногам Симакова. Симаков наклонился, поднял вязаную шапочку и взглянул на Генку. Перед ним стоял совершенно седой Кулаков.

– Ты чего, Васильич? Что ты смотришь на меня такими изумлёнными глазами? – протянул руку за шапочкой Генка.

– Ничего, Гена, ничего. Всё образуется, – забормотал Симаков.

– Что образуется? Васильич? Что с тобой? – забеспокоился Генка.

– Со мной всё в порядке, а вот у тебя голова совершенно седая! – вздохнул Симаков.

– У меня и были седые волосы. Немного, но были. Впервые появились после того, как Антон пропал, – пожал плечами Генка.

– А вот сейчас твоя голова стала белая, как снег, – Симаков отвернулся, чтобы Генка ни видел, как он смахивает слезу.

– Да ладно тебе шутить, не первое апреля, – улыбнулся Генка.

– Нет у меня с собой зеркала, а то бы я тебе показал первоапрельскую шутку, – серьёзно сказал Симаков, – давай натягивай растяжки со своей стороны, пока я стойку держу.

– Пожалуйста, натянул, теперь ты со своей стороны натягивай, – кивнул седой головой Генка.

– А теперь рассказывай, что ты там увидел, – обратился Симаков к Генке, когда они удобно устроились в палатке.

– Ты же видел в нише Антона? – спросил Генка.

– Ну, я его совсем не знаю, только с твоих слов.