Хроники Эрилхейма

«Факультет алхимии, собственная лавка в городе, а может и лечебница». – Фантазия Эммы рисовала картины беззаботного будущего. Девушка смело шагнула в первый круг камней.

Как только ее стопа коснулась земли, валуны первого ряда засветились голубоватым светом. Ничего особенного не произошло, и слегка помедлив, девушка шагнула глубже, – такое же свечение второго и третьего рядов. И вот она стоит в самом центре странного амфитеатра, напротив черного, в рост человека, монолита, внутри которого мерцает прекрасный кристалл.

Он словно пульсирует и вращается внутри, хотя в голове не укладывалось как это возможно внутри цельного куска гранита. Все ее сознание поглотила пьянящая эйфория, голова кружилась, складывалось ощущение нереальности происходящего. Кристалл как будто манил, звал, очаровывал. Травница подняла руку, приложила ладонь к холодной поверхности черного камня. Разом погасли круги амфитеатра, из монолита вырвалась энергия, подобно взрывной волне не видимая, но весьма осязаемая, разметав идеальные геометрические творения на десятки метров. Над холмом сгустились черные тучи, в чаще леса раздался волчий вой. Эмма без сознания упала на землю, трава под ней завяла и почернела.

Глава 2

Глубокая ночь. Вор ступал очень осторожно, снующие под ногами крысы своим писком могли выдать его. Здесь в квартале нищих, факелов, освещающих улицы, было гораздо меньше, чем в «верхнем городе». Лучшего места для разгула преступности не придумаешь. Человек, скрывающийся в темноте, был среднего роста, крепкого сложения.

Но не крупный, словно борец, скорее он мог сойти за акробата, выступающих по праздникам на центральной площади с труппой бродячих артистов. Черный кожаный доспех изобиловал разными карманами, потайными ножнами, заклепками. На поясе, с каждой стороны, висели два кинжала, своим размером вполне сошедшие за короткие мечи. Его лицо закрывал капюшон с маской. Из-под капюшона, словно маленькая змейка вилась тонкая косичка. В Мирграде, как и во всем Эрилхейме многие заплетали волосы в косички, но только у этого человека она имела символическое значение. Каждый завиток обозначал «идеальную работу». Под таким термином преступная прослойка города называла удачно спланированное и осуществимое ограбление или кражу. И судя по длине косички, человек, прячущийся между домами бедняков, был с многолетним опытом. Его глубоко посажанные серо-зеленые глаза пристально всматривались во мрак ночи. Не смотря на усталость от долгой засады, он оставался на месте.