Артисты и клоуны. Роман

Она идет к холодильнику, открывает его, приседает, заглядывает внутрь, встает опять и поворачивается к Бабке.

– Мам, а где колбаса?

– Как где? Кончилась. Еще вчера съели. Да тут ребята Вовкины вчера днем приходили, на гитаре играли, я им дала, чего было.

В этот момент опять прибегает Отец – уже в рубашке. Он не ходит, а именно бегает по дому, от него исходит поток клокочущей энергии. Он все время охвачен буйной, но несколько нарочитой активностью – словно он подключен к электростанции.

Он в очередной раз хлопает в ладоши и взвинченно-бодро, с «посылом» восклицает:

– Бенц! Кипяточек готов!?

Он ищет вчерашнюю заварку, доливает ее в чашку, лезет в холодильник, достает оттуда масло, паштет, огурец.

А тем временем на арене событий появляется новый персонаж. В кухне уже и так не протолкнуться, но новоприбывший занимает совсем мало места: это младший из внуков – Сережа.

Ему восемь лет, и это – ушастое существо с большими выразительными глазами с «поволокой», которое по большей части пребывает в состоянии более или менее глубокой задумчивости.

Бабка реагирует немедленно: в ней словно кто-то повернул рубильник, переключив ее в другой режим. Она всплескивает руками и начинает суетиться.

– Ой, уже встал! – восклицает она. – Я те щас солдатиков сделаю! – и тут же начинает резать бутерброды с сыром мелкими кусочками – «солдатиками».

Ответ Сережи стандартен и предсказуем, как армейский Дисциплинарный устав:

– Не хочу! – произносит он – впрочем, как-то вяло, похоже, просто «для порядка».

Отец, глядя на него, одобрительно смеется, его глаза лучатся благожелательностью, а на лице расцветает улыбка: ушастое существо вызывает у обеих враждующих сторон поразительно схожие чувства.

– Сергей Ильич, не плачь не хнычь! – произносит Отец с размягченной, немного глуповатой интонацией, какой часто взрослые разговаривают с детьми, и тыкает тыльной стороной ладони ребенку в нос.

Сережа стоически терпит это. А, может, он этого просто не замечает? Похоже на то, что он сосредоточенно думает о чем-то и отвечает автоматически, по необходимости.

– В принципе, мне достаточно компота, – сообщает он: просто в порядке информации. До взрослых это все равно не дойдет, но кто знает? Может, в этот раз что-то, наконец, изменится…

Отец одаривает и этот перл благодушной улыбкой.