Когда горит вода

Если заметишь что-то подозрительное, дашь знать…

Роман достал из кармана пластиковый шарик переговорного устройства. Лак сделал то же самое. Он вообще с готовностью копировал любые действия шефа, что далеко не всегда вызывало восторг последнего.

– Все, мне пора, – сказал Роман.

– Я хочу с вами шеф, – озадачил вдруг Лак.

Роман мысленно посчитал до пяти – на большее его не хватило – и как можно душевнее сказал:

– Нельзя, Лак. У тебя мало опыта. Ты можешь все испортить. Как-нибудь в другой раз. Хорошо?

– Хорошо, – послушным эхом отозвался помощник.

– Ну и отлично. Держи связь.

Сунув пластиковый шарик себе в ухо – Лак сейчас же сделал то же самое, – Роман вышел из машины и двинулся к бунгало.

«Тоже, суперагент выискался, – раздраженно думал он. – Теряется в простейшей ситуации, а туда же: возьми его с собой. Чтобы запорол мне задание на корню? Нет уж, дорогой, сиди-ка ты от меня подальше и учись, как надо работать…»

Держась тени, Роман достиг ограды и одним прыжком перемахнул через нее.

(Лак наверняка наблюдал этот великолепный прыжок.)

Присел под пышный куст магнолии возле ограды, прислушался.

Ночь стояла дивная. Громадные звезды висели над головой; оглушительно трещали цикады; порхали в свете фонаря бабочки величиной с ладонь. Со стороны моря несло сладковатой вонью канализации. Было душно, как перед грозой, и треск моторов в отдалении напоминал раскаты грома.

Вдруг послышался пронзительный крик, от которого замерло сердце. Со всех сторон его подхватили бешеные вопли.

Это развлекались обезьяны. Их здесь было не меньше, чем туристов, и по ночам они устраивали дикий тарарам. Самое время под шумок проверить связь.

– Как слышишь меня, Лак? – произнес Роман специальным «нутряным» голосом, не различимым и с трех шагов.

– Хорошо слышу, шеф, – послышалось восторженное зудение в глубине уха.

Роман поморщился. Если Лак будет так верещать и впредь, то просверлит своему шефу дырку в мозгу. Говорил же неучу, чтобы во время связи не повышал голос.

Да, видно, тот уже все позабыл. Ох, молодость, молодость…

– Все, отбой, – сказал Роман, понижая голос и надеясь таким образом напомнить подчиненному об инструкции.

– Понял, отбой, шеф! – еще громче прокричал Лак.

Роман плюнул в сердцах, выковырял шарик из уха и сунул в карман. Чем такая связь, так уж лучше полное молчание. Оно, как известно, золото.

Обезьяны затихли. Зато цикады растрещались на всю округу. Отличный фон для броска.