Удачи в Гвинсберне!

Эри попытался как можно натуральнее изобразить пробуждение из комы, со стонами, неразборчивым бормотанием и какими-то невнятными жестами.

– Ну что, полегчало, обморочник? – вполне мирно поинтересовался здоровяк. – А теперь давай рассказывай, кто ты и как очутился на крыше.

За последние пятнадцать минут со мной приключилось больше, чем за последнюю пару недель до приезда в Гвинсберн. Я почти додумал песню о городе на крышах, удирал от разъярённого громилы, чуть не погиб (думаю, вы уже поняли, что это был один из самых страшных моментов в моей жизни?), попал в логово «дяди Берта», а теперь ещё и это…

Я сидел на диване, на котором минуту назад пришёл в себя, и в руках была та же кружка уже остывающего чая.

Напротив в большом кресле сидел здоровяк и изучающе разглядывал меня, пока я рассказывал о случившемся. На подлокотнике этого же кресла устроилась девушка примерно моих лет или ненамного моложе. Думаю, что не солгу в своём заявлении: любой бы назвал её как минимум симпатичной. Или… Её золотисто-рыжие волосы короткой чёлкой смешно топорщились на лбу и длинными струями сбегали вниз по плечам и рукам. Одна прядь, словно огненная змейка, выбилась из потока, спадая на грудь. А глаза… Льдисто-голубые глаза, казалось, видели меня насквозь. Пламя и льды. Под её взглядом я чувствовал себя весьма неуютно.

Единственным предметом, который не позволял этому миру раздавить меня своей обстановкой, была кружка чая – знакомое ощущение чего-то округлого и тёплого в руках.

Я то и дело совал в неё свой нос, пытаясь скрыться от взглядов и здоровяка, и девушки.

– А потом пришли вы, и… в общем, сами знаете, что было дальше, – я сглотнул. В глазах потемнело, но нет, это не ещё один обморок. Просто дурные мысли о чуть не случившемся. Это пройдёт.

В комнате воцарилась тишина. Ни Берт, ни эта загадочная девушка (Тесс, кажется?) не проронили ни слова. Я допил чай и поставил кружку на пол возле дивана.

– Значит, из Альдена, да? – пробормотал наконец себе под нос здоровяк.

Я кивнул. – Занесло тебя, парень, ничего не скажешь. Документы-то с собой?

Я рассеянно кивнул, поняв суть вопроса только на следующей фразе Берта:

– Показывай.

– А какое у вас есть право их смотреть?! – возмутился я. – Это мои личные данные, и я имею полное право не разглашать их без собственного желания незнакомым лицам! А также…

Договорить длинную заученную тираду я не успел. Бородач вынул из кармана бумажник и раскрыл его.