Удачи в Гвинсберне!

– Одди, давай, я уступаю тебе твоё место, – и она церемонно поклонилась, отходя от синтезатора. Юное дарование подошло к инструменту и робко пару раз брякнуло по клавише… си, может быть. А может, и нет: никогда не умел определять ноту на слух.

– Так, а вы что замолчали?! – накинулась на нас Тессария. – Давайте репетируйте, у нас всего девять дней до концерта!!!

– Да! – гаркнул из угла Рамси, стараясь поддержать девушку. Оба обменялись весьма тёплыми взглядами.

И мы начали играть.

К середине дня требуемый отрывок песни был с горем пополам доделан.

Последние полчаса четверо музыкантов играли его автоматически, без энтузиазма. Разве что Одди ещё не успел «погаснуть», и его спокойная клавишная партия, оформившись через несколько попыток, вплелась в песню ещё одним незаменимым компонентом. Эри поймал себя на мысли о том, что никогда не видел, чтобы незнакомые люди так быстро находили общий язык в музыке. Похоже, Тесс умела находить людей. Хотя его самого она нашла почти случайно… если это можно было так назвать.

– Вы давно играете вместе? – спросил Эри, когда отрывок был исполнен до конца в очередной раз.

– По-разному, – ответил Тим. – Я знаю Тессарию уже давно, мы даже когда-то… ээ…

Рамси, следящий за музыкантами с матраса в компании прикорнувшей у него под боком Тесс, мрачно сдвинул брови.

– … учились в одном классе! – закончил Тим и, ухмыльнувшись, искоса посмотрел на здоровяка. Тот неопределённо хмыкнул и потерял всякий интерес к разговору.

В конце концов, его главный интерес был рядом с ним. Вернее, была.

– Учились?

– Да. А потом меня перевели в другую школу. Для старой я был слишком плох, – Тим почему-то захихикал. – Тессария как-то раз позвала меня подыграть ей на басу на какой-то вечеринке, ээ… года полтора назад, что ли?

Со стороны влюблённой парочки донеслось неопределённое «мгу».

– Вот. Ну, я сыграл, и с того раза всё началось. Через пару месяцев Тессария привела Одди, мы стали репетировать втроём. Играли всякий бред, который я сочинял.

– Про ворон?

– И про них тоже. А месяц назад к нам пришёл Соэль, – Тим махнул рукой в направлении андарийца, тот заулыбался. – Он нам сразу понравился. С ним, конечно, первое время было тяжело, он по-нашему почти не говорил, но с тех пор заметно продвинулся в общении. Правда, Соэль? – Тим на всякий случай обернулся к южанину и махнул ему рукой, давая понять, что речь точно о нём.

– Тим говорить об я? – недопонял тот.