Удачи в Гвинсберне!

Чем дальше она сама общалась с Эри, тем меньше понимала, что им на самом деле движет. Но, по крайней мере, сейчас её компаньон честно пытался что-то придумать по тексту и сдвинуть дело с мёртвой точки, а это уже многое значило. Может, и правда стоит довериться его странным идеям?

– А как тогда понять, какая строка подойдёт? – спросила девушка.

– Ты почувствуешь это. Очень остро, так, словно ты знала её раньше и вдруг вспомнила.

– Кажется, понимаю… – неуверенно произнесла Тесс. – Но что делать, если времени в обрез, а первая строка никак не приходит?

– Сейчас нас должно волновать не это, – Эри вздохнул, предчувствуя тяжёлый разговор.

 – Тессария, ответь мне на один вопрос.

– М?

– Ты хочешь победить в конкурсе?

– Конечно! – голос девушки не допускал ни малейшего сомнения в твёрдости её намерений.

– Тогда, будь добра, – Эри попытался говорить как можно спокойнее – занимайся на репетициях музыкой, а не своим парнем.

Ну конечно, она взъярилась.

– Мои отношения – это моё дело! Я хочу, чтобы Рамси тоже присутствовал и высказывал своё мнение! Оно для меня важно!

– И что же такого умного он сегодня сказал?

– Может, ещё скажет!

– Он же предельно ясно сообщил, что ничего в этом не смыслит!

Тессария наградила меня ну очень злобным взглядом.

Я понимал, что затрагиваю опасную тему, и если ляпну что-нибудь не то – очень быстро окажусь выдворенным с чердака и изо всей этой затеи заодно, как бы я ни был необходим для конкурса. Но я чувствовал, что прав, и не мог молчать.

– Да зачем ты вообще его притащила?!

– Он сам попросился.

Ээ… я точно не ослышался?

– Рамси?

– Да, он, – холодно ответила Тессария. – И если даже он действительно не разбирается в музыке, значит, он сделал это ради меня.

Ну что тут можно ответить? Переубедить влюблённую девушку – всё равно что сыграть с ходу песню задом наперёд: стопроцентно собьёшься и окажешься неправ.

Мы молчали где-то минуту. Я уже было хотел извиниться за то, что вообще поднял эту тему – не потому, что действительно сожалел об этом (я ведь чувствовал себя правым), но потому, что ужасно хотелось прервать это неловкое молчание, а ничего умнее на ум не пришло.

Затем Тессария вздохнула и неожиданно сказала:

– Но, всё-таки, в одном ты прав.

Невероятно! Я что, всё-таки сыграл песню задом наперёд?! А Тессария продолжила:

– Мне следует больше уделять времени нашей песне.